С каждым годом перемены происходят все быстрее. И хотя покупка жилья как была, так и остается одной из важнейших в жизни человека, закрывающей базовую потребность в собственном жилье, требования к девелоперскому продукту становятся все выше. Как меняется продукт, как он приобретает черты услуги или даже сервиса с регулярными апгрейдами и какие опции будут нормой уже в ближайшие 5-10 лет — обсудили с директором клиентского сервиса ГК «Ленстройтрест» Юлией Молчановой.
Дом с апгрейдом
— Как, на ваш взгляд, изменятся потребности покупателя жилой недвижимости в 2030 году?
— 2030 год — это уже через 4 года. Поэтому я не думаю, что к 30-му году картина глобально изменится. Базовые потребности остаются одни и те же. В то же время, меняется ощущение комфорта — то, что для нас было хорошо 15 лет назад, сегодня нас уже не устраивает, мы становимся чувствительны к сервису.
Кроме того, надо понимать, что мы спроектировали дом несколько лет назад, продаем сейчас, а мир меняется быстрее, чем мы строим. И важно сделать так, чтобы человек, проживая в доме, получал некий апгрейд в соответствии со временем.
— Как, на ваш взгляд, изменится портрет покупателя в ближайшие пять лет?
— Покупатели очень разные. Есть те, чья главная задача — купить что-нибудь, чтобы где-то жить. И это достаточно широкий рынок. Есть покупатели, которые уже подходят с определенными требованиями и ожиданиями. Для них жилье становится статусной покупкой или покупкой, которая отражает некий лайфстайл, даже меняет образ жизни.
— Чем сегодня конкурируют застройщики на петербургском рынке, учитывая, что все уже отвечают более-менее определенной планке качества, и технологии строительства плюс-минус одинаковые?
— В первую очередь, сервисом. Это путь, на который многие только-только начинают вступать, потому что с точки зрения продукта действительно очень много уже сделано, изучено, созданы целые архитектурные бюро экспертов в этой области. И если раньше, когда мы начинали строить наши объекты, мы изучали западный опыт и привлекали западных архитекторов, то сейчас у нас большая собственная экспертиза и есть реализованные классные проекты.
Инновация от застройщика
— Видите ли вы какие-то новые, дополнительные требования покупателя к инфраструктуре ЖК?
— Конечно, у людей есть ожидания. Но я думаю, что любая инициатива все равно должна быть предложена девелопером. Люди могут что-то спрашивать, когда есть насмотренность или осознанная потребность. И задача девелопера как раз — видеть тренды и предвосхищать запросы. Так произошло с соседскими клубами — никто не требовал их создания. Ты просто это делаешь как часть проекта, и она оказывается востребованной. Точно так же и во всех остальных вопросах, будь то dog-friendly среда или продуманное озеленение.
Люди за тебя инновацию не придумают, но, когда они ее где-то увидят, они захотят, чтобы это было и у них. Как говорил Генри Форд, если бы я спрашивал людей, на чем они хотят ездить, они бы попросили лошадь побыстрее. Роль девелопера как раз и состоит в том, чтобы менять среду и показывать людям, что можно жить по-другому.
— Получается, от застройщика многое зависит? От того, какую среду он создает?
— Среда меняет человека 100%. Как ты контактируешь, есть у тебя рядом природные оазисы или нет. Для тебя дом — это место отдыха или место стресса, где ты должен сражаться за парковку. У тебя соседи — это твоя «стая», или это незнакомые прохожие в метро, от которых ты не понимаешь, чего ждать.
И если ты создал такую среду, где человек раскрылся, расслабился и отпустил себя, при этом здесь красиво, естественно, и это продолжение города, и продолжение развития, тогда, наверное, ты работаешь не зря. Подходить к девелопменту исключительно из позиции, чтобы получить деньги, не задумываясь о том, как это будет выглядеть и, что самое важное, как будет влиять на людей через 10 лет — это нижайший уровень культуры.
— В каком направлении вы видите дальнейшее развитие среды жилых проектов?
— В основе девелоперского продукта должна лежать ценность общения и ценность личности. Все аспекты личности должны быть в балансе, есть принцип «колеса баланса», каждый аспект которого должен быть реализован хотя бы на 70-80%. Человек проводит время с семьей, занимается спортом, питается, отдыхает, общается, работает — эти и другие сферы он должен как-то реализовать в городе. Поэтому в создании продукта в идеале должны принимать участие не только архитекторы, но и психологи, и социологи.
Пока что на постоянной основе, конечно, никто из девелоперов не включает в штат специалистов из этих сфер. Но уже сейчас мы, например, к отдельным своим проектам привлекаем профильных экспертов. Стандарт игровых и дворовых пространств мы создавали совместно с педиатрами, экологами, травматологами, специалистами по двигательной активности и специалистами по инклюзии. Сейчас вместе с ведущими аллергологами и пульмонологами Детского городского многопрофильного клинического центра высоких медицинских технологий имени К. А. Раухфуса разрабатываем стандарт гипоаллергенного озеленения в наших кварталах.
Адаптация к современности
— Возможно ли подобное «колесо баланса» реализовать в точечной застройке в Петербурге, учитывая, что мест под развитие девелоперского продукта осталось не так много?
—Петербург строился как ансамбль, целиком, он изначально продуманный, и здесь много мест, где достаточно комфортно жить. И, конечно, даже маленький хорошо продуманный проект способен гармонично дополнить город.
— Тем не менее, нужна ли сегодня ревитализация уже сложившейся городской среды исходя из потребностей новых поколений? И если да, то какая?
— Однозначно нужна. Например, исследование показало, что у нас очень низкий уровень инклюзии — обязательно нужно посмотреть на город с этой точки зрения. То же самое касается dog-friendly среды — это же тоже про уважение людей друг к другу. Почему у нас вечные конфликты людей, которые гуляют с детьми, и людей, которые выгуливают собак? Потому что не разведены потребности одних и других. Это то же самое, что и конфликты пешеходов и велосипедистов на тротуаре. И все это социальные задачи, которые должны решать власти вместе с девелоперами.
— Каких объектов сегодня в Петербурге не хватает? Кто-то говорит, что центру города нужно больше скверов, кто-то — что качественных офисных зданий, кто-то — что не хватает современных библиотечных пространств…
— Библиотечные пространства — это и моя первая мысль. Гибридные библиотечные коворкинговые пространства, которые должны быть в шаговой доступности. Чтобы можно было и книжку взять почитать, и посидеть поработать, и кофе с кем-нибудь попить.
И вторая проблема, на мой взгляд, это уличная дорожная сеть, которая уже не соответствует современности. Нужно признать, что мотоциклисты, самокатчики, велосипедисты стали частью нашей жизни. Петербург мог бы быть прекрасным городом для перемещения на велосипеде, но у нас нет для этого достаточной инфраструктуры. Да, это сложно реализовать в центре, но в мире есть такие примеры.
Так что я за адаптацию дорог под современность и за создание многофункциональных «третьих мест», которые должны открываться в каждом жилом комплексе. Прямо по нормативу — скажем, на 5 тыс. кв. м должен быть клуб для общения, мини-библиотека, многофункциональный центр досуга — что-то подобное, как залог здорового культурного общества.
— Есть ли какие-то примеры из мирового опыта, которые вас вдохновляют?
— Мне нравится Москва, то, как она изменилась за последние годы. Город стал очень комфортным, там происходит огромное количество культурных событий, есть интересная программа для пожилых. И мне очень понравились библиотеки на улице. Мы в «Живи Клубе» (соседские пространства в кварталах «Ленстройтрест») установили подобный букамат по выдаче книг, и это вызывает восторг и удивление у всех, кто его видит, а в Москве они стоят просто на улице в центре города.
— Насколько инициативы девелоперов упираются в административные барьеры? Есть ли непреодолимые точки?
— Конечно, не все зависит от застройщика. Девелопер вообще достаточно несвободен во многих своих решениях. И в разных регионах пределы свободы различаются. Петербург — достаточно консервативный город. Но и он откликается, если быть настойчивым и верить в то, что ты делаешь.
