«Для smart city в Петербурге не хватает компетенции, воли и полномочий»
Материалы выпуска
ИИ, великий и ужасный Инструменты Роботы сегодняшнего дня Экспертиза «Для smart city в Петербурге не хватает компетенции, воли и полномочий» Экспертиза Какой бизнес сможет зарабатывать на искусственном интеллекте Экспертиза Не время для хайпа Экспертиза «Запуск сетей 5G приведет к появлению новых сильных российских компаний» Экспертиза Как не проиграть собственному заказчику Экспертиза Wi-Fi 6: стандарт без хайпа Инструменты Умный город в ожидании сильной руки Решения Искусственный интеллект оценит реальные сроки строительства Экспертиза Технологии против здравого смысла: как внедрить IT и не разориться Решения Пообщаться с ИИ – как почистить зубы Экспертиза Дружелюбный стандарт Экспертиза
Экспертиза Санкт-Петербург и область
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

«Для smart city в Петербурге не хватает компетенции, воли и полномочий»

Генеральный директор «Комфортел» Дмитрий Петров – о потенциале цифровизации в Петербурге и проблемах реализации концепции smart city
Фото: РБК Петербург

Одно из важнейших направлений цифровизации для современной России — это реализация концепции smart city. Однако пока большинство городов лишь присматривается к проектам в этой области, и в лучшем случае — запускают отдельные решения. На Smart City Forum 2019 глава совета Фонда развития цифровой экономики Герман Клименко предложил и вовсе признать, что в России сейчас есть только один цифровой город — Москва. О том, почему Санкт-Петербург отстает от Москвы, что нужно изменить, чтобы Северная столица оказалась в числе умных городов, и нужно ли это в принципе, в интервью РБК Петербург рассказывает Дмитрий Петров — генеральный директор компании «Комфортел».

СШИТЬ ЛОСКУТКИ

— В Петербурге работают электронные госуслуги, школы ведут электронные дневники, даже «Подорожник» можно оплатить онлайн. Можно ли утверждать, что наш город стал или хотя бы становится smart city?

— Чтобы из кучи лоскутков можно было сшить одеяло, пусть и лоскутное, необходимы компетенция, воля и полномочия — факторы, которых не хватает нашим чиновникам в области информатизации и цифровизации. Потому что без компетенции невозможно добиться результата. И даже если компетенция будет, но не будет воли и полномочий — ничего не получится. Воля особенно нужна, потому что это не коммерческие структуры, а государственные — в них нет единовластия, и сотрудники привыкли больше совещаться, чем добиваться конкретного результата. Когда к управлению ведомствами и комитетами придут люди, у которых будут все эти три фактора, ситуация изменится.
Но, конечно, у нас есть некоторые достижения, но почти все они либо не доведены до ума, либо плохо работают.

— Например какие?

— Далеко ходить не надо, например, «платные» парковки, или приложение для горожан «Наш Санкт-Петербург», которое дает результат — это я проверил на себе. Но его интерфейс ужасен, поэтому и оценки пользователей в магазине приложений низкие. Казалось бы, простой посыл: если уж делаете приложение, то сделайте его удобным — но увы, до этого нам пока еще далеко. Нужно сделать интерфейс таким, чтобы он был не хуже, чем у топ-банков, соцсетей или мессенджеров. Хотя более важен функционал. Приложение должно нести пользу, а не учить тех, кто должен отвечать за очистку улиц, «убирать» сугробы в фотошопе. А для этого как раз нужны компетенция, воля и полномочия.

Ведь smart city — это не про технологии, а про то, чтобы горожанам жилось лучше, т.е. про комфорт. Если это так, то соответственно основной красной нитью через любой городской проект цифровизации должна идти цель улучшения жизни горожан. И необходимо понимать, какие конкретно измеримые характеристики будут у этого улучшения, что именно цифровизация того или иного процесса даст жителям города.

— То есть вкладывать надо в комфорт?

— Комфорт — это главный продукт инвестиций в цифровизацию города. Даже безопасность, о которой так много говорят — это же тоже про комфорт: я хочу жить в городе, где можно комфортно вечером ходить по улице без страха или ребенка отпустить во двор. Вот что такое комфорт. Когда перестанут мыслить о безопасности, а начнут думать о комфорте, все начнет меняться в лучшую сторону.

ДОГНАТЬ СТОЛИЦУ

— Почему Москве это удается, а нам нет?

— В Москве есть компетенция, потому что ДИТом [Департаментом информационных технологий города Москвы — ред.] руководят ИТ-специалисты, а не силовики. Там привлечены компетентные айтишники, там существенно больше бюджет. Это не означает, что за меньшие деньги сделать ничего нельзя, но, тем не менее, это тоже важный фактор при реализации масштабных проектов. И там есть воля — поддержка с самого верха и дальше вниз по цепочке.

— На каком этапе в Петербурге происходит сбой?

— Мне кажется, на этапе понимания того, что должно быть на выходе — т.е. на этапе целеполагания. Например, я могу оплатить проезд в метро по банковской карте прямо на турникете — это радует. Но недавно я возвращался со стадиона и оказалось, что войти с семьей по одной карте я не могу: списание денег возможно не чаще, чем раз в минуту. Почему я не могу оплатить сразу за каждого? У меня семья большая, поэтому мне пришлось достать все свои карты и расплачиваться ими по очереди, чтобы не ждать, когда можно будет провести следующую транзакцию.

И этот кейс точно не про бюджет, технологические ограничения или безопасность — он исключительно про понимание заказчиком и исполнителем того, что на выходе должно получиться. И самое главное — про неготовность довести продукт до идеального состояния. Наверняка, есть какие-то резоны для минутного перерыва, но с точки зрения удобства — это лишь кривизна рук исполнителя или непонимание цели проекта.

Можно сказать, что это лишь частный случай, но из них и складывается общая картина. Когда речь идет о цифровизации, счет идет на миллисекунды: пользователь не хочет ждать, потому что он избалован IT-корпорациями, которые сделали пользование сервисами и приложениями настолько комфортным, а рынок — конкурентным. То, что не так комфортно и удобно, моментально проигрывает. Метрополитен у нас — это не конкурентная среда, отсюда и такое отношение к сервисам.

— Мы говорили про город и администрацию, а пример с метрополитеном — из области бизнеса. Разве в бизнесе есть проблемы с той самой волей?

— Это коварный вопрос. В бизнесе тоже все от головы. Если компания обанкротилась, это вина исключительно главы компании. Если провал по показателям, виноват директор. Если компания добилась успеха — это тоже заслуга главы компании. Не только его, конечно, но все начинается с руководителя. В госуправлении все то же самое. Просто в государстве акционеры — граждане. Метрополитен же находится где-то между бизнесом и госорганизацией, поэтому его руководству еще сложнее.

ПЕТЕРБУРГСКИЕ КОМПЕТЕНЦИИ

— Вернемся к компетенциям. В Москве ДИТу удалось не только взять в штат ведущих IT-специалистов, но и подключить к работе крупные IT-компании, чьи офисы расположены в столице. Петербургу достаточно местных компаний и компетенций, чтобы реализовывать концепцию умного города?

— Петербург сегодня — это столица IT-отрасли. Здесь размещены центры разработки множества известных технологических компаний. Кроме того, у нас очень хорошая физико-математическая база, много конкурентоспособных вузов и факультетов. Поэтому я не сомневаюсь, что у нас достаточно компетенций.
К тому же в малых городах есть много кейсов, реализованных в связке бизнеса с городскими ведомствами. Эти проекты можно было бы ставить в пример Петербургу, можно найти среди них интересные решения, тиражировать и масштабировать их в наш город.

— Вы считаете, что есть города помимо Москвы, на которые стоит равняться?

— Безусловно. Например, Казань — хороший пример того, как компетентный профессионал во главе профильного ведомства и наличие у него воли и полномочий позволяют довести начатое до конца и добиться результата. Захотели в Казани повысить безопасность дорожного движения — поставили камеры с радарами. Разумеется, водители купили антирадары, ситуация на дорогах не изменилась. В большинстве регионов, да и у нас, скорее всего, на этом бы и успокоились: проект же реализован, галочка стоит. А в Казани пошли дальше: установили комплексы с системой распознавания номеров и расчета среднего времени на отрезке — и все, все антирадары обесценились, все водители стали ездить по правилам. Это привело к сохранению большого количества жизней. Вот отличный пример того, как надо добиваться результата.

— А есть ли заинтересованность петербургских игроков в участии в городских проектах? Готов ли петербургский бизнес вкладывать в такие проекты свои деньги? Ведь согласно результатам исследования MGI, 70% решений из области smart city находятся в ведении госсектора, однако частные компании могут обеспечивать до 60% первоначальных инвестиций, необходимых для реализации всех возможностей применения таких решений.

— Про всех не могу говорить, но мы точно готовы. Да и представители разных комитетов говорят о том, что бизнес к ним приходит с подобными инициативами. Так что интерес у бизнеса есть, потому что есть продукты, компетенции, определенный спрос со стороны государства. Я с оптимизмом смотрю на перспективы участия в проектах города, в том числе поэтому мы сейчас смело вкладываем время и деньги в продукты и проекты, которые не про связь, а про цифровизацию. Это речевая аналитика, система распознавания лиц, собственная геоинформационная платформа и платформа виртуализации.

Последняя появилась на волне ажиотажа по поводу импортозамещения и «страшных кар» со стороны зарубежных софтверных компаний. Мы зашли в перспективный проект по платформе виртуализации на базе open-source-гипервизора, который не попадет под санкции, даже если ведущие вендоры будут вынуждены отказать российским компаниям в обслуживании и поддержке. Кстати, представитель одного городского комитета недавно рассказал, что в госсегменте сейчас тренд на покупку всех решений «как сервис» и в частности — облаков. Это позитивный тренд. Но и здесь мы особых иллюзий не питаем, потому что государство все равно выбирает из узкого круга все тех же крупных игроков, даже если их сервисы менее качественные и более дорогие.

— А что могут дать городу решения, которые бизнес сейчас развивает?

— Речевая аналитика помогает бизнесу лучше понять, как устроено голосовое взаимодействие компании с клиентами. Схема проста: распознается речь, переводится в текст, а текст анализируется. Система позволяет строить статистику, отчеты, контролировать качество работы диспетчеров, менеджеров, искать конфликтные ситуации по ключевым словам и много другое. Все тоже самое применимо и к общению горожан с ведомствами, госструктурами, госорганизациями и т.д. На выходе город получит улучшение качества работы диспетчеров, потому что контролируется каждый разговор. Сейчас это делают супервайзеры, но они слушают всего несколько процентов диалогов, тогда как речевая аналитика позволяет анализировать 100% диалогов. Это огромное поле для улучшения качества взаимодействия города и жителей.

Распознавание лиц — это сейчас мейнстрим. Мы занимаемся разработкой платформы, которая позволяет распознавать лица для СКУД [Системы контроля управления доступом – ред.] Мы планируем сделать систему двухфакторной и распознавать не только по лицам, но и по антропометрическим параметрам и особенностям передвижения — такая система может быть применена в детсадах, школах, в метрополитене и медицинских учреждениях.

Хотя, конечно, для нужд детсадов и школ и обычного распознавания лиц достаточно. У каждого родителя будет личный кабинет, возможно, интегрированный с ЕСИА [Единая система идентификации и аутентификации — ред.], там будут биометрические данные. Система при входе в детсад распознает родителей и автоматически откроет дверь. При этом будет зафиксировано, когда и кто пришел. Также можно создать базу биометрических данных всех, кто находится в розыске, стоит на учете в ПНД и т.д., то система сможет к ней обращаться и сигнализировать охране о том, что посетителю нужно повышенное внимание.

Но мы пока как потенциально интересный рынок рассматриваем ТСЖ, а на сотрудничество с городом смотрим не с самым большим оптимизмом. Причина проста. Вспомните, как у нас распределялись некоторые госзаказы между «национальными чемпионами» — без возможности участия в конкурсе других игроков. К сожалению, власть всегда была склонна делать громкие заявления на публику о поддержке малого и среднего бизнеса, а конкурсные решения принимать в пользу крупного бизнеса. Тем самым конкуренция сводится практически к нулю. Поэтому и мы, разрабатывая решения, не ориентировались в первую очередь на город. Проще послать 20 менеджеров продавать решение в ТСЖ, чем биться головой о двери кабинетов Смольного, а потом конкурс все равно разыграют между федеральными компаниями.

— Геоинформационная система также может быть интересна городу?

— Это тоже весьма перспективный продукт. Мы внедрили ГИС [географическая информационная система— ред.] у себя, чтобы не просто вести учет инфраструктуры, а чтобы всю нашу пользовательскую или коммерческую активность перенести на карту, повысив за счет этого эффективность принятия управленческих решений. Это платформа, которая позволяет из большого количества баз данных получить полезную аналитику или даже готовые сервисы. ГИС может помочь мониторить и оптимизировать все — от маршрутов транспорта до экологии в отдельных локациях.

Правда, тут надо учитывать, что в отдельных ведомствах ГИСы уже есть, но они не объединены, не обмениваются данными. А между тем, все, что касается землепользования, напрямую влияет на качество жизни. Если будет создана единая платформа ГИС и проведена интеграция с ведомственными системами, мы получим новые перспективы для города. Но повторюсь: важно видеть, зачем это все делается — только тогда все будет работать.

Кстати, уже сейчас есть инструменты, связанные с привязкой к географии, но ими никто не пользуется. К примеру, можно проанализировать пробки на картах — это даст пищу для размышлений о том, почему в том или ином месте возникают постоянные заторы и как ситуацию можно изменить. Но разве кто-то этим занимается? А это ведь тоже про цифровизацию и умный город. Повторяющиеся заявления в 112 — их также можно проанализировать, классифицировать, наложить на карту, тогда могут стать видны закономерности и возникнут мудрые управленческие решения. Технологической базы для этого достаточно.

ДОКРУТИТЬ И ДОПИЛИТЬ

— Но, если у нас и так многое работает, может, уже и не стоит улучшать и усложнять системы?

— Нам не хватает немного, чтобы цифровое благополучие наступило. И проблема даже не в отсутствии бюджетов. Эффективность уже реализованных проектов серьезно снижается, если нет межведомственного взаимодействия — а у нас его в большинстве случаев как раз и нет. Решить эту проблему не так сложно. Не надо объявлять новых конкурсов на новые домофоны — только теперь уже с распознаванием по лицу и голосу. Надо добиться, чтобы то, что уже внедрено, работало максимально эффективно.

К примеру, в Берлине нет приложения, в котором можно отслеживать на карте движение транспорта. Там просто автобусы приходят вовремя. Я не знаю, какой искусственный интеллект им в этом помогает, но это работает.

У нас есть хорошее начинание — выделенные полосы для общественного транспорта. Но пока на них не будут установлены камеры так, чтобы все полотно просматривалось, по этой полосе так и будут ездить все подряд и парковаться на ней. Если эти полосы будут пустыми, то автобусы будут приходить вовремя, а люди, стоящие в пробках в собственных авто, пересядут на общественный транспорт.

Добавлю ложку меда: печалиться чрезмерно по поводу судьбы цифровизации в Петербурге не стоит. У нас действительно есть много интересных и перспективных проектов. А ведь даже во многих европейских городах положение с приложениями и госуслугами гораздо хуже, чем у нас. У нас на инфраструктуру для цифровизации выделяют достаточно денег. Просто нужно помнить, что дело не в количестве, а в качестве.