#4 Бизнес и право, 27 декабря 2021
Инструменты , Санкт-Петербург и область ,  
0 
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.

«Цифровой марафон» для криптоактивов

Фото: pexels.com
Фото: pexels.com
Что в 2021 году изменилось для владельцев цифровых активов, и каких изменений юристы ждут в будущем.

В России с 2021 года действует закон «О цифровых финансовых активах». Он вводит само понятие цифровой валюты, а также описывает принципиальные для владельцев характеристики актива. По смыслу цифровая валюта была признана имуществом и, хотя это стало большим шагом к вступлению России на глобальный рынок криптоактивов, в документе, по мнению экспертов и юристов, остались пробелы. О том, как меняется регулирование цифровых активов в России — в материале РБК+ Петербург.

Судебные риски не стали меньше

Закон «О цифровых финансовых активах» (ЦФА) создал правовую основу для действий государства, связанных с цифровыми финансовыми активами. Ранее государство при любых конфликтах, в общем-то, сохраняло право сказать, что оно тут вообще ни при чем, отмечает аналитик ФГ «ФИНАМ» Леонид Делицын. «Владельцев криптовалют не преследовали. Но государство не брало на себя и обязательств защищать их активы», — поясняет он.

Леонид Делицын, ФГ «ФИНАМ»
Леонид Делицын, ФГ «ФИНАМ» (Фото: пресс-служба)

Пока закон не вступил в силу, отказ в судебной защите мотивировался судами исключительно отсутствием правого регулирования таких активов, а также высокой рисковостью операций с цифровой валютой, подтверждает руководитель практики разрешения споров «ССП-Консалт», эксперт в сфере FinTech & Blockchain Дарья Титкова. Однако с принятием закона риск отказа в судебной защите не сильно уменьшился, добавляет юрист.

Это объясняется анонимностью криптовалютных кошельков, которая фактически исключает возможность доказывания в суде факта принадлежности криптовалюты определенному лицу или факта совершения трансакций в пользу определенного лица. Кроме того, в связи с ограниченностью инструментов взыскания у Федеральной службы судебных приставов возникала фактическая неисполнимостью отдельных требований о взыскании цифровой валюты.

Остались нерешенными и другие проблемы. Так, под детальное регулирование по новому закону попали исключительно токены, выпущенные на территории России, хотя большая часть известных как payment, так и security токенов, создаются за пределами РФ и могут попадать только под определение «цифровых валют», которым в новом законе посвящена одна статья.

«Несмотря на принятие закона, признающего за криптовалютой статус имущества и введение ее в правовое поле, Центральный банк России настроен решительно и не допускает для нее никаких исключений в части соблюдения требований 115-ФЗ», — подчеркивает Дарья Титкова. Она напоминает, что в последних методических рекомендациях Банка России операции в криптовалютных обменниках были отнесены к противоправной цели совершения банковских операций, хотя новый закон и Гражданский кодекс подразумевают, что обмен цифровой валюты на фиатные безналичные денежные средства является стандартной хозяйственной операцией, аналогичной продаже на бирже акций или других финансовых инструментов.

Дарья Титкова, «ССП-Консалт», эксперт в сфере FinTech & Blockchain
Дарья Титкова, «ССП-Консалт», эксперт в сфере FinTech & Blockchain (Фото: ССП-Консалт)

Как декларировать цифровые активы

Отдельно Дарья Титкова указывает на то, что криптовалюта не получила статуса иностранной валюты, ценных бумаг или электронных денежных средств для целей налогового законодательства. В связи с этим возникает вопрос, как декларировать доход от криптовалюты.

По словам юриста, налогооблагаемая база возникает только в тот момент, когда налогоплательщик осуществит конвертацию криптовалюты в фиатные денежные средства. При этом налоговую базу при операциях с криптовалютами можно рассчитывать, как разницу между доходами от продажи и документально подтвержденными расходами на покупку цифровых валют.

Партнер, руководитель практики интеллектуальной собственности и информационного права Maxima Legal Максим Али обращает внимание, что ситуация с тем, что незадекларированная цифровая валюта в России не подлежит судебной защите, является уникальной. «В отношении традиционных активов — деньги, недвижимость — такого нет. Возможность защиты такого актива не ставится в зависимость от того, уплачиваете ли вы с него налоги», — говорит Максим Али.

Максим Али, Maxima Legal
Максим Али, Maxima Legal (Фото: Maxima Legal )

С точки зрения налогов, по его мнению, остаются вопросы и с НДС. Учитывая специфику обращения криптовалюты через интернет, обычно крайне сложно определить, выступает ли местом ее реализации Россия. От ответа на этот вопрос во многом зависят последующие выводы о применении налога, поясняет он.

Эксперт в сфере юридического сопровождения FinTech проектов «ССП-Консалт» Лейла Тагиева также указывает на неурегулированный вопрос о порядке определения рыночной стоимости криптовалют для налогового учета и налогообложения. Помимо этого, по ее словам, требует регламентации и порядок подтверждения факта принадлежности криптовалюты определенному лицу для целей судебной защиты.

По словам эксперта, необходимость совершенствования рынка цифровых активов не ограничивается плоскостью правового регулирования. Гораздо важнее, по ее мнению, на правоприменительном уровне менять отношение государственных органов, банков и судей к участникам рынка и индустрии в целом.

Лейла Тагиева, «ССП-Консалт»
Лейла Тагиева, «ССП-Консалт» (Фото: ССП-Консалт)

«Со своей стороны, мы хотели бы предостеречь законодателя от ужесточения правового регулирования и выбрать путь либерализации правоотношений с криптоактивами, который сыграет на руку всем участникам рынка, будет способствовать притоку иностранных инвестиций в страну, увеличению поступлений в бюджет», — добавляет Лейла Тагиева.

Минусы жесткого регулирования

По мнению Максима Али говорить о том, что Россия проиграла в гонке за самую удобную криптоюрисдикцию, не совсем верно, потому что Россия и не планировала в ней участвовать.

Он отметил, что при создании регулирования власти могли сделать его либеральным и повысить привлекательность российской юрисдикции. Это позволило бы удержать в стране часть соотечественников или даже привлечь кого-то из-за рубежа. Однако приоритет был отдан борьбе с рисками, которые несет за собой криптовалюта. «Кого-то жесткое регулирование отвадило от криптовалют, но значительная часть проектов и инвесторов ушли в тень — или в другие страны», — подчеркивает он.

Приоритет был отдан борьбе с рисками, которые несет за собой криптовалюта.

Говоря о зачислении средств от продажи криптовалют в банках, Али обращает внимание, что далеко не всегда этот вопрос разрешается в пользу ее обладателя. Так, если у банка возникнут сомнения в легальности проводимых операций, он может заблокировать счет, при этом сошлется банк на «антиотмывочное» законодательство (закон № 115-ФЗ, — прим. ред.). При этом даже если перед блокировкой банк запросит дополнительные документы, их не всегда получится предоставить, потому что у пользователя может остаться на руках максимум скриншот интернет-биржи.

«Нельзя сказать, что в Европе ситуация с банками значительно лучше. Даже в таких лояльных к криптовалюте странах как Мальта, банк может заблокировать счет за операции с криптовалютой. А, к примеру, британский HSBC, вообще запретил переводы денег на криптобиржи или с них», — добавляет он.

Остается неурегулированным и вопрос о принудительном исполнении решений, связанных с блокчейном. Как правило, сделать перевод криптовалюты может только сам владелец кошелька, в результате часть судебных решений в отношении криптовалют так и останутся на бумаге, так как принудительно их исполнить нельзя.

Остается неурегулированным и вопрос о принудительном исполнении решений, связанных с блокчейном.

В целом, по мнению эксперта, сейчас российское регулирование в этой области крайне жесткое и недружелюбное для новых игроков. Например, объем требований к разного рода токенам, к которым не относится криптовалюта, крайне обширный. Он включает требования к уставному капиталу и размеру чистых активов, к юрисдикции организации, к участникам и должностным лицам организации, к их образованию, опыту, отсутствию судимости и т.д.). Вдобавок к этому дополнительные требования могут устанавливаться ЦБ РФ.

«Я бы не стал надеяться, что введенные ограничения остановят граждан от необдуманных операций с криптовалютой: технически работать с ней все еще возможно. Угроза лишения судебной защиты — достаточно странный и не очень-то справедливый стимул. И он не может работать при низком доверии к судам», — подчеркивает Максим Али.

Три пути регулирования

По мнению Максима Али, властям стоит рассмотреть варианты либерализации законодательства, упрощения жизни криптопроектам и инвесторам. В качестве примера он привел ближайшего соседа России — Белоруссию. Сейчас в республике существуют налоговые льготы на операцию с криптовалютой. Украина тоже готовит законодательную базу, чтобы стать привлекательной для криптопроектов юрисдикцией.

По словам Лейлы Тагиевой правовое сообщество ждет от властей продолжения «цифрового марафона». В частности, она указала на законопроект о налогообложении операций с цифровыми валютами и цифровыми финансовыми активами, который находится на рассмотрении в Госдуме. Законопроект, не исключает вариант, что в будущем российское законодательство, вероятно, воспримет подход Европейского суда по правам человека, изложенного в деле Skatteverket v Hedqvist и воспринятого большинством европейских стран, добавляет Дарья Титкова. Согласно этому решению, цифровые валюты для целей налогообложения являются активами, и по общему правилу не подлежат налогообложению НДС.

Помимо этого, Минфин работает над проектом закона, точечно регулирующего область цифровых валют и их оборота в России.

Леонид Делицын, в свою очередь, предполагает, что законодательное регулирование криптовалюты в России может пойти по трем путям — Китая, Сальвадора или США. В первом случае государство ужесточает давление на криптовалюты, во втором — намеревается допустить их оборот, наряду с деньгами, и в последнем случае — выжидает.

Законодательное регулирование криптовалюты в России может пойти по трем путям — Китая, Сальвадора или США. В первом случае государство ужесточает давление на криптовалюты, во втором — намеревается допустить их оборот, наряду с деньгами, и в последнем случае — выжидает.

«Скорее всего, ситуация у нас будет оставаться неопределенной, пока государство не поймет, как можно решить стоящие перед ним задачи при помощи криптовалют», — полагает аналитик.

До тех пор, по его мнению, остается не ясным, с какой целью государству следует регулировать новые возникающие отношения, потому что это фактически означает оказание нового вида услуг наиболее обеспеченной части населения. «При этом перспективы заработка государства на таких услугах до тех пор, пока криптовалютами нельзя оплачивать товары в магазинах, кажутся слабыми. Тем более что вопрос оплаты должен решать другой проект будущего — цифровой рубль», — резюмирует Леонид Делицын.

Инструменты «Конфликтный» вирус: кого пандемия вовлекла в корпоративные споры
Содержание
Закрыть