BIM-пессимизм сдерживает цифровизацию
Материалы выпуска
Прозрачность требует инвестиций в BIM Экспертиза BIM-пессимизм сдерживает цифровизацию Решения Дефицитный ресурс Решения Политическая воля против «битвы экспертиз» Решения Искусство диалога Инструменты Выжить без туристов Рынок От классики к минимализму Решения Переход в онлайн Решения Девелоперы сокращают предложение Рынок С крыши – на землю Рынок
Решения Санкт-Петербург и область
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

BIM-пессимизм сдерживает цифровизацию

Цифровизация строительной отрасли несет выгоду, но оценить ее в полной мере можно будет только при качественном изменении подходов к планированию и стройке.
Фото: pixabay.com

Цифровизация строительной отрасли необходима, уверены участники петербургского строительного рынка. Однако в оценке перспектив внедрения технологии информационного моделирования зданий (BIM, Building Information Modeling) как одной из базовых составляющих цифровизации индустрии мнения экспертов расходятся. Даже действия регулятора, осенью этого года утвердившего правила формирования и ведения информационной модели, пока не убедили всех представителей индустрии. Как показала дискуссия «Строительный BIM: как технологии меняют отрасль», организованная РБК Петербург, кроме BIM-оптимистов есть и пессимисты, не видящие финансовой выгоды в использовании этой технологии.

Ускоренная цифровизация

У Петербурга в сфере цифровизации строительной отрасли особая роль. «Еще в 2016 году в рамках государственной экспертизы проектная документация предоставлялась только в цифровом формате. С 2017 года развитие этого направления в Санкт-Петербурге ускорилось: мы выставляли ряд требований на подачу документации только в электронном виде. А уже с 2019 года в рамках пилотных проектов на экспертизу предоставлялись цифровые информационные модели. В Санкт-Петербурге государственная экспертиза может принимать BIM-проекты, и именно наш город первым в России выдал положительное заключение госэкспертизы по BIM-модели социального объекта. Госстройнадзор Санкт-Петербурга оказался самым передовым в стране», — рассказал начальник Службы государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга Владимир Болдырев.

Владимир Болдырев (Служба государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга)

Темпы цифровизации строительной отрасли в нашей стране в последнее время многократно возросли, а в 2020 году дополнительным драйвером стала пандемия, отмечает Владимир Болдырев. В первую очередь это сказалось на том, что те ИТ-платформы и системы, которые разрабатывали, но не спешили внедрять, в этом году получили колоссальной силы толчок и стали более востребованы. Это касается в том числе и BIM.

Но генеральный директор Development Systems (Группа RBI) Сергей Веселов считает, что с BIM в России все не так благополучно, как хотелось бы: «Если мы говорим про внедрение технологии информационного моделирования и про переход от стандартных технологий и бизнес-процессов застройщиков к подходу, при котором центром хранения проектной информации является непосредственно BIM-модель, то здесь успехов на самом деле не очень много».

Сергей Веселов (Development Systems)

Значимой особенностью российского рынка при этом является его неоднородность. Есть ряд застройщиков, в том числе достаточно крупных и системообразующих для Петербурга, которые уже внедрили технологию BIM и масштабно ее используют, как, например, в группе RBI. Но много и тех, кто не только не использует BIM, но и не видит такой потребности, потому что, по словам Сергея Веселова, «им до него просто идеологически и технологически не дотянуться»: лишь 20-30% жилых комплексов в Петербурге сейчас строятся с применением BIM — и это по оптимистичным оценкам.

Директор департамента комплексного контроля и информатизации строительства НТЦ «Эталон» (входит в Группу «Эталон») Анастасия Пулатова указывает еще на одну особенность процесса цифровизации отрасли и распространения BIM: в нашей стране BIM часто заканчивается на процессе проектирования, если же мы говорим об отрасли в целом, то нужно рассматривать полный цикл строительства. «И в этом ключе мы видим впечатляющие результаты от применения BIM только в тех компаниях, которые занимаются и проектированием, и строительством, и контролем, и эксплуатацией. К тому же проникновение цифровизации, безусловно, зависит и от того, с какого этапа компания начинает заниматься BIM. Изначально BIM-ориентированным компаниям легче, а тем, кому приходится перестраивать в связи с цифровизацией все процессы, гораздо сложнее определить, зачем им нужен BIM», — говорит Анастасия Пулатова.

Анастасия Пулатова (Группа "Эталон")

Индивидуальный баттерфляй

Одним из сдерживающих факторов распространения BIM — финансовый. Он особенно значим в периоды экономической турбулентности, в котором строительный рынок находится в последнее время. Так, директор по развитию «Л1 Строительная компания № 1» Надежда Калашникова отмечает, что при всей привлекательности и удобстве BIM экономика внедрения вызывает сомнения. «К BIM мы присматриваемся уже очень давно и тестировали BIM-модель на строительстве инженерных сетей для самого большого ТРК в ЖК «Лондон». Мы пригласили нескольких разработчиков и попробовали оценить, в какие суммы обходится использование BIM на примере наших новых бизнес-проектов. Получилось, прямо скажу, не очень: по нашим расчетам, примерно 35-50 млн руб. нужно затратить на одну модель. В условиях и без того тяжелого времени финансовые вложения слишком велики, а выгода неочевидна», — рассказала Надежда Калашникова.

Надежда Калашникова («Л1 Строительная компания № 1»)

К тому же проблема не только в том, что застройщики не понимают выгоды, эффективности этих технологий, а в том, что пока в нашей стране внедрение BIM, по выражению Надежды Калашниковой, напоминает индивидуальное плавание баттерфляем в унитазе. Важно, чтобы все участники процесса тоже подтягивались, и в первую очередь это касается регулятора, однако регулирование BIM у нас пока в зачаточном состоянии по сравнению с той же Великобританией.

Архитектор, руководитель архитектурного бюро «А. Лен» Сергей Орешкин отметил, что нужно учитывать и популярность в регионах РФ разных BIM-решений, что требует от подрядчиков использования каждого из них, что весьма затратно. «Когда мы в 2000 году начинали использовать BIM, для этого требовались очень мощные вычислительные ресурсы. Сейчас решения стали не такими требовательными, но это разные платформы — все это лишние траты. Так что для глубоко интегрированных компаний, которые разрабатывают девелоперу земельный участок, строят и потом эксплуатируют объект, смысл внедрять BIM есть, а для остальных — перспектива сомнительна», — подчеркивает Орешкин.

Сергей Орешкин (архитектурное бюро «А. Лен»)

Другое мышление

Генеральный директор «ПСС ГРАЙТЕК» Павел Балобанов заметил, что применение BIM, к сожалению, не является гарантией успешности проекта — очень многое все равно зависит от менеджмента компании. Например, в открытых источниках говорится, что «Краснодар-Арена» была построена за 5 лет к 2016 году за $450 млн, и BIM, насколько ему известно, там не применялся. В то же время строительство другого известного стадиона заняло 11 лет, а затраты в конечном итоге составили порядка $1,5 млрд, несмотря на то что BIM применялся на каждом из этапов. «На мой взгляд, если управленец грамотный и мог строить без BIM, то при внедрении этого инструмента он получит нужный дополнительный эффект: улучшит экономику и управление рисками проекта, что собственно и делало, начиная с 2016 года, когда узнало о технологии BIM, ООО «Тандер», собственником которого являлся тот же человек, что и «Краснодар-Арена». На сайте компании — по крайней мере в те годы — можно было скачать требования к проектным подрядчикам, в которых помимо всего прочего была отражена информация, относящееся к BIM. Если же таких у управленца умений нет, BIM решением всех проблем, в том числе финансовых, не станет», — резюмирует Павел Балобанов.

Павел Балобанов («ПСС ГРАЙТЕК»)

Эксперт напомнил, что главный бенефициар внедрения BIM — вовсе не подрядчик, а заказчик проекта. И чем больше будет появляться заказчиков, которые будут требовать от подрядчиков применения BIM, тем активнее рынку придется подстраиваться. Именно благодаря этому проектных компаний и архитектурных бюро, использующих информационное моделирование, будет становиться все больше.

«Сегодня действительно не хватает людей с бизнесориентированным мышлением высокого уровня, которые бы понимали, что сегодняшние вложения в BIM принесут пользу в будущем. Один BIM-менеджер сможет заменить двоих или даже троих архитекторов или конструкторов, появится экономия на накладных расходах, процессы пойдут быстрее — для не самого маржинального бизнеса это очень важно. Хотим мы этого или нет, но и государственный, и частный бизнес завязаны на движение денег, а BIM-технология позволяет эти деньги быстрее оборачивать и меньше тратить, а иногда и чуть больше зарабатывать», — отмечает Сергей Веселов.

BIM — дело рискованное

Хотя большинство участников дискуссии верят в перспективы BIM и цифровизацию строительной отрасли в целом, риски технологии заставляют более вдумчиво подходить к digital-трансформации.

Сергей Орешкин указал на такие значимые риски BIM: по его мнению, технология убивает архитектурную идею, делая город — и в особенности спальные районы — безликими, неинтересными: «Любой проект — от Растрелли и Монферрана до нынешних зодчих — начинается с идеи архитектора. Однако его ресурсы не так высоки, чтобы нагрузить его необходимостью использовать информационное моделирование. Если архитектор будет думать, как это построить, его творческий потенциал угаснет мгновенно. Я вас уверяю, что зодчий не может выдавать каждый день по варианту, да еще и управлять BIM».

Еще один риск состоит в том, что специалистов, умеющих работать с одинаковым уровнем квалификации в разных решениях, на рынке нет, а позволить себе содержать отдельные команды под каждый программный продукт мало кто может. На другой аспект кадровой проблемы указывает Анастасия Пулатова: «Раньше, когда мы лишь приступали к внедрению технологии BIM, действительно было очень сложно и даже практически невозможно найти готовых специалистов в этой области. Нам приходилось их взращивать своими силами, причем довольно долго. Однако пару лет назад вузы начали подготовку таких специалистов, так что проблема если не решена, то решается».

Остро стоит и вопрос безопасности: самые распространенные решения — зарубежные, импортозамещение в этом сегменте работает не слишком хорошо.

И все же будущее у технологии информационного моделирования есть. Павел Балобанов, к примеру, считает, что сдержать распространение BIM может разве что коррупция в некоторых сегментах рынка — в частности, в строительстве социальных объектов. В сегменте же коммерческой недвижимости, где руководители умею просчитывать выгоды, BIM уже прижился и будет развиваться.

Анастасия Пулатова видит драйвером для цифровизации и роста проникновения BIM потребность в прозрачности затрат на строительство. «Если мы благодаря использованию BIM и цифровых двойников изначально правильно просчитаем затраты и будем знать, что объект обойдется условно в 100 млн, а не в 150, и будем отчитываться по проектному финансированию за каждый рубль, то проект будет прозрачным и успешным. На сегодняшний день такая схема мало где работает, но именно к этому надо стремиться», — заключает Анастасия Пулатова.