Электронный бум: как в Петербург пришли сити-брейкеры
Материалы выпуска
Электронный бум: как в Петербург пришли сити-брейкеры Экспертиза «Доходы не растут, но привычка есть вне дома уже сформировалась» Экспертиза Урбанизм с виноградом: как заселяют русский Юг Экспертиза «Количество туристов с е-визами растет с каждой неделей» Экспертиза Банки расширяют влияние Компетенция Имиджевые вложения Инструменты Катастрофа для виноделов Рынок
Экспертиза Санкт-Петербург и область
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

Электронный бум: как в Петербург пришли сити-брейкеры

Генеральный директор «Гранд Отеля Европа» Свен Геферс – о новых явлениях в туриндустрии города, эпохе востока и планах по реконструкции отеля
Фото: Гранд Отель Европа

Петербург начинает ощущать первые результаты введения электронных виз — в город с короткими визитами приезжают туристы из Европы. Сити-брейкеры или «взломщики городов» стремятся за короткий период максимально погрузиться в атмосферу нового места. Рост турпотока фиксируют все сегменты, включая пятизвездочные отели. РБК+ поговорил с генеральным директором «Гранд Отеля Европа» Свеном Геферсом о перспективах туристического сезона в Петербурге, влиянии нового вируса на показатели отрасли и турпоток из Китая, а также планах по обновлению отеля в связи со сменой собственника.

— В этом году в Петербурге пройдет ряд крупных событий, в том числе чемпионат Европы по футболу. Какой прогноз по ценами и заполняемости отелей в Петербурге в 2020 году?

— В этом году мы ожидаем почти 10% рост дохода на номер — RevPAR — по сравнению с прошлым годом. Показатель учитывает и заполняемость, и среднюю стоимость. Конечно, и то, и другое разнится в зависимости от месяца, но в конце концов по совокупности обоих показателей мы ждем увеличение на 10%.

— Городские власти возлагают большие надежды на электронные визы. Заметно ли влияние этого нововведения на спрос? Гости из каких стран наиболее активно ими пользуются?

— В первую очередь из европейских стран — Франция, Италия, Испания. С точки зрения потока мы увидели первую волну в декабре. Визы ввели в октябре, но первые 2-3 месяца особенно ничего не происходило. А потом вдруг мы увидели то, чего никогда не было раньше: люди бронировали номер из-за границы на два или три дня, на ближайшие выходные и так далее. Так происходит по всей Европе, но для Петербурга это было практически невозможно. Если у вас не было постоянной визы, вам нужно было куда-то пойти и подать заявление, и все это занимало 2-3 недели.

— То есть в город пожаловали «сити-брейкеры»?

— Именно.

— Китайские туристы в прошлом году вышли в лидеры по количеству посещений Петербурга. Есть ли у вас особые правила работы для таких гостей?

— У нас есть особые стандарты работы для каждого цикла пребывания: гостей встречают сотрудники, которые говорят по-китайски, они могут воспользоваться платежной системой Union Pay, меню переведено, есть специальное приветственное письмо к китайским гостям, которое объясняет им, какая инфраструктура в их распоряжении. С точки зрения еды и напитков, у нас есть AZIA — это паназиатский ресторан, но когда число китайских клиентов увеличивается, мы готовим специальные предложения к завтраку: типичные супы, рисовые каши — конджи.

— С чем связан такой особый подход к китайским туристам?

— Я бы сказал, что здесь играют роль сразу несколько факторов. Во-первых, мы принадлежим группе Louis Vuitton Moët Hennessy (LVMH). Группа серьезно ориентирована на азиатские рынки. Если вы посмотрите на распределение доходов LVMH, то большая часть поступает из Азии, из Китая. Во-вторых, мы тоже интересуемся бизнес-инициативами, например, «Один пояс — один путь». Я сам возглавлял азиатское подразделение до того, как приехал сюда. Когда вы ориентированы на Китай, вы знаете, что происходит в Лаосе, в Камбодже. Я знаю, что в каждой стране проект двигается по-разному, экономически все в нем заинтересованы, кто-то обеспокоен его влиянием на культуру, кто-то шагает вперед быстрее, кто-то — медленнее. Но в конечном итоге это свершится. Между Россией и Китаем также существуют рабочие отношения, со временем они укрепляются. Поэтому мы очень внимательны к Востоку.

— Учитывая это, каких потерь вы ожидаете в связи с вирусом в этом году?

— Думаю, это резонный вопрос, но если все произойдет естественным путем, как было с другими эпидемиями в прошлом, то процесс будет V-образным. Сначала спад, затем рекалибровка. Сегодня мы проходим только первую треть пути, мы на спаде, так что предугадать последствия сложно. Но все-таки Петербург изначально не бизнес-дестинация. В Лондоне, Нью-Йорке эффект будет сильнее, уже сейчас вирус влияет на крупнейшие азиатские хабы — Бангкок, Сингапур, особо радикально — на Гонконг. Макао тоже задевает, хоть это и направление для отдыха, но вирус слишком близко. В нашем же случае, думаю, мы преодолеем это довольно спокойно.

— Вы упомянули о новом владельце в лице LVMH. Что означает смена собственника для отеля? Стоит ли ждать реконструкций или реноваций в ближайшем будущем для «Гранд Отеля»?

— В ближайшем будущем - да. Когда новый владелец приобретает такие активы, нужно время на интеграцию. С момента официального заключения сделки прошло 8-9 месяцев, так что у нас уже появилось представление о будущем. Во всем мире наши объекты недвижимости могут ожидать дополнительных финансовых вложений в порядке приоритета. «Гранд Отель Европа» — один из важнейших для компании, так что планирование включает в себя разработку концепции, уточнение деталей, получение разрешений от города и сообщества. На это нужно много времени. Но намерение сделать очень существенный апгрейд имеется. Видение очень простое: лучший отель в России в лучшем городе. И в долгосрочной перспективе, и исторически.

— То есть мы увидим новый «Гранд Отель Европа»?

— LVMH особенно увлечены историческим наследием, это то, что они любят и будут защищать, несмотря ни на что. Так что подобный отель может стать еще более похожим на дворец. Он изначально таким задумывался, так что это те пышность, великолепие и аура, которые хотелось бы возродить. Подобные черты — редкость для современного мира. Ну и мы более не так зависимы от поквартальных результатов, как наши конкуренты. Belmond Group были на фондовой бирже, но сегодня мы находимся на 100% в частных руках. И это порой позволяет делать вложения, которые сами по себе, напрямую не обещают возврат инвестиций, на что мы чаще всего ориентировались в прошлом. Так что можно создать самый красивый бассейн, СПА и прочее.

— Есть ли понимание по срокам?

— Не могу назвать сроки, по понятным причинам. Но давайте так: в течение 10 лет это точно случится. Ну и мы недавно отметили 145-летний юбилей, так что подсчитайте.

— Кто сегодня основные игроки на рынке пятизвездочных отелей в Петербурге?

— Для нас это Four Seasons, «Астория».

— Новые проекты в этой категории редко появляются. Есть ли место для новых игроков, на ваш взгляд?

— Думаю, есть. Некоторые коллеги могут воскликнуть: «Нет, только не это!». Но я считаю, что конкуренция — это хорошо. Это значит больше маркетинга для города, направления, это по-новому открывает дестинацию. После введения электронных виз турпоток только усилится, и уже через 2-3 года все поймут: то, что Петербург может предложить, находится на самом высоком европейском уровне. Город европейский, и мы легко могли бы соперничать по привлекательности с Лондоном и Парижем.

— Что нужно Петербургу, чтобы победить в таком соперничестве?

— Городу нужно больше развиваться в сфере развлечений, предлагать больше вариантов впечатлений, потому что пока это театры и музеи, есть кое-какие бары и рестораны, но все равно любой найдет себе больше занятий в Лондоне или Париже. Но сам город, его размер, дороги, инфраструктура, система метро, IT-услуги, даже философия «неспящего города». У Парижа с этим проблемы. У Лондона — частично. Так что Петербург здесь в самом выгодном положении.

— Чем «Гранд Отель Европа» отличается от других отелей группы Belmond Group?

— Наша группа очень разнообразна и эклектична, каждый отель несет на себе отпечаток того места, где он расположен. Дворцовый шик «Гранд Отеля Европа» можно в некоторой степени сравнить с Copacabana Palace в Рио. Еще, может быть, немного c отелями в Кейп-Тауне и на Мадейре. Для меня Copacabana Palace — самое близкое сравнение, потому что это не только отель для отдыха, но и бизнес-хаб, он также имеет большое значение для местных. Я жил в Рио в детстве, и мы туда ходили, чтобы поесть фейжоада и шураску.

Фото: Гранд Отель Европа

— Как вы отметили, отели привлекают не только туристов, но и бизнесменов, и горожан. Какова доля ресторанов и кейтеринга в выручке петербургского отеля?

— Мы первая компания в городе по предоставлению услуг кейтеринга. И в этом смысле ключевой фактор для меня — чтобы мы были заметны, привлекали внимание. Мы очень активны на свадебном рынке, в том числе привлекаем клиентов из Москвы. У нас появился отдельный сайт для кейтеринга, полностью переработано предложение. В отеле есть шоу-рум, куда можно зайти, посмотреть и потрогать различные материалы, посуду и прочее. Вклад в общую выручку со стороны ресторанного сегмента, кейтеринга и банкетов — около трети от объема. Но я вижу в этом и огромную маркетинговую ценность. Если кто-то здесь что-то отмечает, он налаживает связь с брендом и может вернуться в будущем.

— На территории отеля несколько ресторанов, они между собой не конкурируют?

— Да, это проблема, над которой мы внутренне размышляем — не слишком ли много предложения? Но я считаю, что нет. Я сторонник разнообразия. Так что у нас есть итальянский «Мезонин», паназиатский AZIA, европейская классика в «Европе», экспериментаторский «Икорный бар». У каждого свои особенности — они не конкурируют.

В «Мезонин» мы вложили много труда: сейчас делаем обновление, которое завершим к середине марта. Там появятся новые вкусы, бальзамико, шоколадные трюфели. Мишленовский шеф-повар Роберто Торо тоже кое-что придумал для «Мезонина». Конечно, там не подают кухню уровня «Мишлен», но будет больше средиземноморских, итальянских блюд. Мы хотим подарить чувство al fresco — даже если на дворе зима и ты в помещении, то все равно будто на пьяцце, на свежем воздухе.

Мы серьезно инвестировали в ресторан «Европа» в прошлом году. Здесь проходят Вечера Чайковского, которые пользуются популярностью. Я бы хотел еще больше событий для наших ресторанов в долгосрочной перспективе — что-то вроде кабаре, например. Конечно, чтобы это подходило Петербургу, но если представить себе Париж — там вечер в ресторане подразумевает шоу. В Петербурге этого ни у кого нет.

— Как вы выбираете события, которые готовы принять?

— У нас открытая политика. Я считаю, что сегодня на каждый бизнес нужно смотреть индивидуально, и критериев может быть великое множество. В принятии решений нам помогают электронные системы. Мы используем Ideas — систему, которая калибрует все цены на все комнаты, так что мы сейчас работаем практически как авиалинии: цены меняются индивидуально чуть ли не по несколько раз за день. Количество данных, которое нужно проанализировать при подготовке масштабных событий, огромно, так что помимо сухого расчета и опоры на собственные инстинкты мы будем пользоваться и подобным цифровым инструментом. А в остальном: слушайте, если люди способны уместно одеться, то они наши клиенты.

— Сколько мероприятий в год у вас проходит?

— По-разному, зависит от года. В 2018 году был рекорд, в 2019 году мы знали, что будет потише. Обычно это три-четыре крупных, около 40 средних по масштабу и множество небольших.

— Какие планы на 2020 года по MICE?

— Не думаю, что объемы рынка слишком увеличится, просто, мне кажется, мы получим большую долю в этом году за счет улучшения маркетинга. Рост выручки от MICE составит, как и в целом по отелю, 10-15% к концу года.

— Вы уже рассказали о ваших ожиданиях от 2020 года, но в целом каковы перспективы туристического рынка Петербурга и России, как вам кажется?

— Мы прошли множество подъемов и спадов, но рост за последние 100-120 лет был феноменальным. И именно это происходит на востоке сейчас, на мой взгляд. Конечно, появился новый вирус, проблемы в Китае, «Один пояс — один путь» не завершен, кризисы неизбежны. Но, думаю, этот век востока. Мы в конце экономического цикла, так что я ожидаю глобальное замедление экономики в какой-то момент, в какой — нам никто не скажет, и дорога впереди будет полна ухабов, но музыка будет играть с востока. Откуда конкретно — тоже сложно сказать, но, надеюсь, мы достаточно умны, чтобы понять, как себя позиционировать, и извлечь для себя пользу.