Петербург в тумане: Как экономический кризис может изменить жизнь города
Материалы выпуска
На петербургской орбите: какие проекты-миллионники станут полноценными мини-городами? Рынок Форсайт-2015: в поисках идеального «спутника» Решения Диалог на троих: как повысить качество жизни в Петербурге? Рынок MICE-рынок: сможет ли Петербург заработать на деловом туризме? Рынок «Большой проект позволяет реализовать красивую концепцию» Рынок Другие среди нас Рынок Создатели блокбастеров Рынок Петербург в тумане: Как экономический кризис может изменить жизнь города Рынок Кризис – не повод отказывать в помощи Рынок «Инициативы властей способны существенно поменять правила игры на строительном рынке» Рынок
Рынок Санкт-Петербург и область
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

Петербург в тумане: Как экономический кризис может изменить жизнь города

Кризисы у нас происходят часто, и надо выбирать такие стратегические установки, которые не придется менять при каждом кризисном проявлении, говорят эксперты

Городские власти, еще недавно избегавшие употреблять само слово «кризис», говорят, что радикальных перемен в документах планирования не должно произойти. В Комитете по экономической политике и стратегическому планированию Санкт-Петербурга (КЭПиСП) утверждают, что основополагающий план — «Стратегия экономического и социального развития Санкт-Петербурга на период до 2030 года» — составлен так, что его основные положения не могут меняться из-за локального изменения ситуации.

«Задача любой стратегии — определить цели и приоритеты развития на долгосрочную перспективу, описать общее видение желаемого будущего исходя из имеющихся конкурентных преимуществ. Все это не может зависеть от изменения экономической конъюнктуры», — утверждает председатель КЭПиСП Елена Ульянова. Профессор кафедры экономики и управления предприятием Санкт-Петербургского государственного экономического университета (СПбГЭУ) Елена Ткаченко согласна с разумностью такого подхода: «Кризисы у нас происходят часто, и надо выбирать такие стратегические установки, которые не придется менять при каждом кризисном проявлении».

Правда, другие эксперты объясняют такую гибкость «Стратегии-2030» проще: никакой более или менее отчетливой стратегии, основанной на ясных приоритетах, в этом документе не содержится, а он просто ратует «за все хорошее» — потому ничего менять и не надо. У эксперта комиссии по городскому хозяйству законодательного собрания, директора Центра экспертиз ЭКОМ Александра Карпова позиция особая. «Если мы хотим развивать город в условиях кризиса, то его нужно превратить в эффективную экономическую машину,— уверен эксперт. — А в «Стратегии-2030» заложена концепция комфортного города. Комфорт там обеспечивается потреблением, причем преимущественно государственных услуг.

Высокая зарплата горожан и хорошая работа для них из «Стратегии…» не следуют. Кризис выявил абсурдность таких установок. Если человеку нужно два с половиной часа ехать на работу за копеечной зарплатой, то парки, театры и стадионы ему уже не нужны. У него просто нет времени их посещать. Кризис должен принудить нас поменять установку с «комфортного города» на «зарабатывающий город». Люди прежде всего должны хорошо зарабатывать. Для начала необходимо хотя бы создать карту размещения рабочих мест в городе, которой до сих пор нет».

Однако эксперты признают, что нынешний кризис пока недостаточно силен, чтобы принципиально изменить экономическую политику властей, а без этого не будет и революционного изменения будущего, уверены они.

Цели неизменны, сроки изменчивы

Елена Ульянова считает, что кризис повлияет не на цели «Стратегии…», а на способы их достижения и сроки: «Позиция губернатора — не менять целей, а предпринимать все усилия по их достижению, корректировать планы действий, выделять дополнительные ресурсы для достижения тех целей, которые наиболее критичны для реализации положений «Стратегии-2030». Корректировка сроков, вызванная изменением внешней среды и экономической конъюнктуры, допустима по всем канонам стратегического планирования. Механизм достижения выбранных целей, учитывающий в том числе ресурсную обеспеченность региона для достижения целевых показателей, не просто может, а должен меняться, подстраиваясь под новые экономические реалии, под возможности городского бюджета и прогноз инвестиционной активности».

Впрочем, и сами эти целевые показатели, установленные в «Стратегии…» на основании прогноза социально-экономического развития, вероятно, следует подправить, добавляет она: «Я не исключаю их корректировки. Во-первых, в связи с высоким уровнем достижения ряда целевых показателей 2030 года уже на данном этапе, а во-вторых, потому что долгосрочный прогноз развития должен быть актуализирован».

По словам Елены Ульяновой, такую актуализацию КЭПиСП уже проводит. «К примеру, годовые темпы роста ВРП Петербурга в 2016–2018 годах комитет оценивает на уровне 1,2–2% [против 3,7%–4,8% в прогнозе прошлого года], — рассказывает она. — А вот прогноз по динамике развития промышленности практически не изменился: мы прогнозируем умеренный рост индекса промышленного производства [порядка 2% в год] за счет машиностроительного комплекса, производства пищевых продуктов и металлургического производства. Неизменным остается прогноз по строительству жилых домов. На мой взгляд, в сфере жилищного строительства положи- тельная динамика будет сохранена. Прогноз по инвестициям в основной капитал понижен, но сохраняется в положительной области. Ожидаем замедления темпов роста потребительского рынка — на 1% ежегодно. Снизятся объемы внешнеторгового оборота Санкт-Петербурга как по экспортным, так и по импортным поставкам».

Таким образом, в КЭПиСП не видят необходимости радикально менять планы и модель поведения города.  «Серьезного изменения целевых показателей «Стратегии…» ожидать не стоит, — полагает Елена Ульянова. — Но мы уточним сроки достижения целевых показателей, так как по ряду показателей фактические значения уже приблизились к целевым, а по отдельным показателям сроки необходимо переносить за горизонт 2030 года».

Чтобы не наступил конец света

Независимые эксперты настроены более пессимистично: они считают официальную ориентацию «Стратегии…» на инновационный сценарий нереалистичной с самого начала.

«И фактически, и по формальным показателям в Петербурге реализуется консервативный, инерционный сценарий. Текущий кризис ужесточает условия настолько сильно, что дай бог нам удержаться хотя бы в рамках этого сценария, и это будет вполне оптимистичный вариант», — формулирует общую позицию независимых экспертов Елена Ткаченко. Эксперты призывают власти быть более реалистичными. «Ничто не мешает устанавливать реалистичные показатели, снижать уровень амбиций, — считает директор-координатор научно-исследовательских программ МЦСЭИ «Леонтьевский центр» Леонид Лимонов. — Возможно, имеет смысл на первом этапе реализации «Стратегии…» скорректировать темпы развития городских программ по разным направлениям, установив ключевые приоритеты ввиду нехватки средств из-за кризиса».

В связи с этим председатель КЭПиСП напоминает, что еще весной на одном из заседаний комиссии по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной стабильности в Санкт-Петербурге были утверждены приоритеты для реализации первоочедных инвестиционных проектов.

«И сейчас, несмотря на сложную экономическую ситуацию, город активно занимается программами развития — запускает программу развития Кронштадта, строит новые мосты и автомобильные дороги, современные больницы, развивает линии метрополитена и легкорельсовое транспортное сообщение. И это все при безусловном соблюдении всех принятых социаль- ных обязательств», — разъясняет Елена Ульянова. «Безусловно, надо решать социальные задачи, — соглашается Елена Ткаченко. — Также необходимо поддерживать сферу ЖКХ, чтобы не наступил конец света в буквальном смысле, как это случилось в начале 1990-х годов, когда из-за нехватки средств по ночам отключали электричество».

Поддержите экономику — падает

Власти с готовностью рассказывают о приоритетах, а вот о сокращаемых программах, которые призваны высвободить средства для приоритетных, говорят скупо и с явной неохотой. Так, Елена Ульянова в связи с этим упоминает лишь о том, что «в результате корректировки сроков реализации шести проектов с низким приоритетом бюджетные расходы 2o15 года были сокращены на 1,5 млрд руб.».

В масштабе 400-миллиардного бюджета Петербурга такая экономия ничтожна и в условиях снижения бюджетных доходов никак не может обеспечить финансирование приоритетных направлений. При том что Смольный хочет в 2016 году его заметно увеличить: на развитие транспортной системы планируется потратить на 13% больше; на образование — на 10%; на культуру и туризм — на 10%; на промышленность, инновационную деятельность и АПК — на10%. Откуда возьмутся дополнительные средства, председатель КЭПиСП не разъясняет.

Эксперты полагают, что власти прибегнут к традиционным способам секвестра. «У нас, к сожалению, в моменты, когда экономику надо стимулировать, ее, наоборот, перестают поддерживать. Это однозначно пока- зал опыт кризисов 1998-го и 2008-2009 годов», — говорит Елена Ткаченко. В частности, она не уверена, что власти удержатся от соблазна сократить объем поддержки промышленности в пользу социальных обязательств, если средств окажется совсем мало. «Сначала обычно сокращают АИП [адресно-инвестиционную программу], а потом, если это не помогает, начинают урезать программы поддержки промышленности», — комментирует она сложившуюся в Смольном практику.

Аналитики уверены, что петербургскому правительству придется сильно сокращать городские программы, по крайней мере в ближайшем будущем. При этом Леонид Лимонов делает оговорку: «Если при дальнейшем развитии событий окажется, что надо корректировать программы и на втором этапе реализации «Стратегии…», то это уже может повлиять и на долгосрочные стратегические установки».

Нужен реалистичный план

Новый генплан, который Петербург готовит к 2018 году, должен учитывать кризис, в этом тоже уверены все эксперты. «Даже концепция генплана должна учитывать кризис. Она должна зафиксировать стартовую социально-экономическую ситуацию в городе и опираться на реалистичный прогноз», — убежден Леонид Лимонов. Александр Карпов напоминает, что Смольный так и не узаконил концепцию, а это значит, что если составленный чиновниками Генплан-2018 будет ей противоречить, то это расхождение власти могут проигнорировать, не нарушая закон.

В ответ на вопрос, выявил ли кризис те направления городского развития, которые явно не удастся реализовать и потому их следует отложить, Елена Ульянова лишь напомнила, что еще в 2012 году губернатор принял знаковое решение об отказе от ряда капиталоемких инфраструктурных проектов. Между тем Елена Ткаченко считает, что пора пересмотреть и планы других крупных строек за счет города: «Часто встречаются проекты, которые плохо просчитаны. Я надеюсь, что власти откажут таким проектам в финансировании и в новом генплане им не будет места».

Александр Карпов прогнозирует, что объемы жилищного строительства и, соответственно, предусмотренные под это территории в генплане значительно сократятся. «Необходимо сократить наиболее затратные обязательства города по транспорт- ной и инженерной инфраструктуре для жилищных проектов, — уверен он. — Нормы обеспеченности инфраструктурой нужно как раз повышать, а вот количество застраиваемых территорий необходимо сокращать». Эксперт считает, что нынешний Смольный повторил ошибку команды Валентины Матвиенко — опять набрал инфраструктурных обязательств, которые не в состоянии исполнить. «Город, в сущности, банкрот, — утверждает Александр Карпов. — Просто это еще не признано. Если городские обязательства по строительству инфраструктуры распространяются на 250 объектов, а средств хватает только на 50,  то это банкротство». По его словам, нынешние власти не смогли противостоять давлению строительного лобби, а кризис усугубил проблему.

Собеседники РБК+ отмечают: в кризисных условиях город не может развиваться во всех географических направлениях одновременно. Нужно пересмотреть приоритеты пространственного развития: сначала довести до ума (благоустроить, обеспечить рабочими местами, транспортной инфраструктурой и т.п.) одни территории и только после завершения всех работ браться за другие районы. При этом следует четко определить предельные мощности освоения за конкретный период. «Кризис должен поменять не только пространственные планы города, но и чиновников, за них отвечающих, — считает Александр Карпов. — Потому что люди, создавшие нынешние градостроительные проблемы, не могут их решить».

Две неопределенности

АЛЕКСАНДР БОБКОВ, ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР МФК «ЛАХТА ЦЕНТР»

Начну с хорошего: как экономист, я считаю, что разговоры о глубоком всемирном кризисе сильно преувеличены. В Америке сейчас наиболее благоприятный с экономической точки зрения период за последние пять—семь лет, Европа тоже показывает в последние два года положительную динамику развития экономики, да и текущее замедление китайской экономики, проходящее в рамках понятной модели развития этой страны, вряд ли обернется заметными проблемами. В России, к сожалению, есть объективные ухудшения экономических условий, но они менее драматичны, чем субъективные ощущения тревоги и неопределенности. Неуверенность в завтрашнем дне сегодня испытывают и обычные люди, и так называемые хозяйствующие субъекты, что удручающе воздействует на спрос и, как следствие, объемы инвестирования в самые разные отрасли, но особенно в девелопмент.

Думаю, что в нашем городе в данный момент совпали две неопределенности. Первая — та, что связана с ситуацией на рынке, — возникла сравнительно недавно. Вторая неопределенность, обусловленная нестабильностью, непоследовательностью городских планов развития и необязательностью их реализации, сложилась давно. Значение второго фактора, по крайней мере для девелопмента, однозначно больше. Если объем инвестиционного ресурса снизился на 5–7%, то текущий спрос на недвижимость — почти на 50%. О чем это говорит? О том, что падение экономической активности только в малой степени объясняется объективным ухудшением экономических условий.

Сейчас мы видим медленное, но явное сокращение объема рынка недвижимости в городе. Каждое изменение в городских планах, отсрочка реализации того или иного инфраструктурного проекта, приводит к отказу от инвестиций со стороны застройщиков. В ситуации неопределенности бизнес не надо долго агитировать за то, чтобы отложить долгосрочные вложения, — он и так к этому внутренне готов.

Однако даже в военное время, не говоря уже о мирном, хотя и непростом периоде, решения делятся на эффективные, неэффективные и не принятые. Всегда есть возможность, выбирая наиболее эффективные инструменты, менять ситуацию к лучшему — это касается и городского уровня управления, и уровня отдельных компаний. Многие представители бизнеса сейчас сосредоточились на качестве менеджмента и стабильностью реализации своих проектов снижают собственные риски, да и общую неопределенность.

Мы в нашем проекте в последние годы активно внедряли механизмы риск-менеджмента, в основном направленные на необходимость вовремя отмечать признаки проблем у наших контрагентов и поставщиков, предотвращать срыв обязательств с их стороны. В результате целого ряда управленческих усилий нашей команды, несмотря на текущую ситуацию на рынке, в проекте «Лахта центр» ничего не изменилось — ни объем инвестиций, ни сроки сдачи объектов в эксплуатацию, ни функционал. Мы реализацией своего проекта по-прежнему формируем общественно-деловой квартал, и слово «общественный» продолжает стоять на первом месте — мы не отказываемся ни от научно-образовательного комплекса, ни от спортивного и медицинского центров, ни от общественных площадей, ни от чего-то другого, что инвестор обещал сделать для жителей города.

Мне кажется, что на общем нестабильном фоне отсутствие новостей об изменениях в крупном проекте — это уже хорошая новость.