Перед системой здравоохранения Санкт Петербурга стоят задачи по освоению передовых технологий, модернизации инфраструктуры и переходу к проактивной модели оказания помощи. Соответствующие разработки в Петербурге есть, но в текущих условиях переход от идеи к реальному продукту во многом определяется экономикой внедрения: важно, насколько инновационный проект соответствует рамкам бюджетов и какой измеримый финансовый эффект он даст уже в ближайшем будущем. Какие прорывные технологии уже появились в Северной столице и способны ли отечественные предприятия удовлетворить потребности учреждений здравоохранения в современных медицинских изделиях и оборудовании — обсудили участники круглого стола «Технологии здравоохранения Петербурга: инструменты, барьеры, кооперация», организованного РБК Петербург в рамках XIV Петербургского международного форума здоровья.
Экономика против амбиций
Несмотря на наличие отдельных передовых технологических решений в здравоохранении Санкт-Петербурга, в целом отрасль не достигла технологической зрелости. Ключевыми барьерами остаются длительный временной разрыв между разработкой и внедрением технологий, достигающий 5-10 лет, несовершенство нормативной базы и ограниченные финансовые возможности медицинских учреждений и организаций. Дополнительно осложняет ситуацию дефицит квалифицированных кадров, как врачей, так и технических специалистов, умеющих работать и обслуживать современное оборудование.
Экономика инновационных проектов в здравоохранении всегда требует максимально точных расчетов и является важным фактором при решении «быть или не быть проекту», подчеркнул председатель правления МИБС Аркадий Столпнер. «Экономические аспекты внедрения технологий играют определяющую роль: готовность общества и системы здравоохранения оплачивать разницу в стоимости между методами напрямую влияет на доступность инноваций», — пояснил он.
Эта установка напрямую влияет на расстановку приоритетов: ресурсы концентрируются там, где социальная значимость проекта сочетается с управляемой экономикой. Яркий пример — сегмент детской онкологии: «если мы не будем инвестировать в лечение детей, мы просто не сформируем взрослое население завтрашнего дня», — объяснил Аркадий Столпнер. Такой подход, по его словам, обуславливает и критерии «отсева» проектов: важна не технологичность сама по себе, а способность «новинки» дать осязаемый и измеримый результат, который можно масштабировать без кратного роста стоимости.
«Приоритизация в госпрограммах сегодня — это не про выбор самых технологичных решений, а про выбор таких, которые быстрее всего превращаются в осязаемый результат для граждан», — подтвердила заместитель главного врача по организационно-методической работе Санкт-Петербургского клинического онкологического диспансера имени А.И.Сереброва Евгения Рубежова. «В условиях ограниченного бюджета госучреждения ключевым для него становится не масштаб чьих-то амбиций или новизна технологии, а точность попадания в реальную потребность населения, здравоохранения и самого медучреждения — в идеале первый измеримый эффект должен проявляться в течение года-полутора с момента внедрения», — сказала она.
Генеральный директор Ассоциации частных клиник Санкт-Петербурга Александр Солонин уверен, что просчитать долгосрочный мультипликативный эффект от внедрения той или иной новой технологии сегодня возможно: «Наличие цифровых платформ и современных инструментов сбора и анализа данных, включая ЕГИСЗ, позволяет формировать достаточно точные экономические прогнозные модели. Эти модели могут отражать вклад конкретных медицинских технологий в макроэкономические показатели и давать обоснованные прогнозы относительно их эффективности».
Два сектора — две логики
Внедрение инноваций в здравоохранении — всегда компромисс между клинической пользой, экономической целесообразностью и регуляторной допустимостью. При этом логика принятия решений о внедрении или использовании той или иной новой технологии в государственном и частном секторах разная.
В государственном учреждении здравоохранения внедрение любых технологических решений должно быть направлено на оптимизацию работы врачей и среднего медицинского персонала, сокращение трудозатрат и повышение эффективности оказания медпомощи, подчеркнула начальник отдела клинической фармакологии, врач-клинический фармаколог СПб ГБУЗ «Елизаветинская больница» Марина Гончарова. «При этом возможности медицинской организации в части выбора лекарственных препаратов и медицинских изделий объективно ограничены и финансовой составляющей, и ассортиментом наименований препаратов и номенклатуры медизделий на фармрынке. Стационар не вправе влиять на закупочные процедуры», — напомнила она.
Для частных клиник определяющим фактором являются показатели возврата инвестиций и скорость монетизации: новая технология должна либо сокращать издержки, либо повышать выручку, например, за счет роста пропускной способности или новых платных услуг. «Все технологические решения, рассматриваемые к внедрению, оцениваются по двум критериям: повышение операционной эффективности бизнес‑процессов либо улучшение качества медицинского продукта», — подчеркнула исполнительный директор холдинга «Медика» Инна Янковская. При этом важным направлением становится и трансформация мышления врачей в сторону пациентоцентричной модели, где технология служит инструментом для лучшего понимания запроса и ожиданий пациента, добавила она.
Одним из ключевых драйверов технологизации частной медицины являются запросы пациентов, согласен Александр Солонин. «В Санкт‑Петербурге ежедневный объем обращений в частные клиники превышает 150 тыс. Востребованность частной медицины — результат возрастающего спроса населения на современные медицинские технологии, причем наиболее ярко это видно на примере молодой аудитории пациентов. Люди узнают информацию о новых, в том числе зарубежных методиках и инновационных подходах к лечению, и приходят в клиники с четко сформированными ожиданиями», — отметил Александр Солонин. В числе основных запросов пациентов он назвал максимально быстрый доступ к медпомощи и профилактическую медицину. «Новые технологии в этом сегменте играют важную роль, позволяя выстраивать комплексные программы наблюдения, ранней диагностики и сохранения здоровья», — подчеркнул эксперт.
Долгий путь на рынок
В числе уже работающих в петербургском здравоохранении современных технологий — цифровые медицинские карты, телемедицина, решения для автоматизация административных процессов, системы поддержки принятия врачебных решений на базе ИИ.
Директор НИКТИ БТС (Научно-исследовательский конструкторско-технологический институт биотехнических систем) СПбГЭТУ «ЛЭТИ» Дмитрий Шевченко выделил два принципиально разных пути внедрения технологий искусственного интеллекта. «Первый — адаптация существующей медицинской техники путем интеграции ИИ‑функционала. Второй — проектирование медицинских устройств, где ИИ-агент становится основным функциональным звеном, — перечислил Дмитрий Шевченко. — Второй путь может стать для России окном возможностей: мы способны занять опережающие позиции на этапе формирования новых технологических стандартов».
В Петербурге уже есть конкретные примеры таких разработок. Совместно с индустриальным партнером из Санкт‑Петербурга ЛЭТИ создал эндоскопический кабинет с интегрированным ИИ‑модулем, который автоматически фиксирует протокол исследования. В декабре 2025 года партнеры получили регистрационное удостоверение, и сейчас находятся на этапе вывода инновационного прибора новинки на российский рынок.
ИИ-модель, разработанная Сбером, помогает находить пациентов с повышенным риском онкологических заболеваний. Она использует информацию, которая уже есть в электронной медицинской карте: данные о диагнозах и медицинских услугах, на их основе оценивает риск выявления злокачественного новообразования в течение ближайших 12 месяцев и помогает определить, кому стоит уделить больше внимания при диспансеризации. Пилотный проект прошел в пяти регионах страны и охватил более 2 млн человек, сообщили в Сбере.
«Когда речь идет об онкологических заболеваниях, время особенно важно: чем раньше обнаружена болезнь, тем больше возможностей помочь человеку. Мы хотели сделать технологию, которую можно использовать в обычной медицинской практике. Модель работает с данными, которые уже есть в электронной медкарте, и помогает врачу понять, кому из пациентов стоит уделить особое внимание, — рассказал старший управляющий директор, директор по ИИ-трансформации Сбербанка Сергей Рябов. — В пилоте такой подход помог выявить почти в два раза больше случаев злокачественных новообразований при диспансеризации. Для нас это главный результат — технология приносит практическую пользу там, где решения напрямую влияют на здоровье людей».
Российские компании постепенно формируют базу для внедрения собственных решений в здравоохранение, однако выход на широкий рынок пока сложен: темпы масштабирования сдерживаются системными барьерами. Например, у производителя диагностического медоборудования для гистологии компании «БиоВитрум» «путь к текущей позиции занял свыше 20 лет. Создание технологической базы — длительный и сложный процесс», — подчеркнул исполнительный директор ООО «БиоВитрум» Дмитрий Ткаченко. Он уверен, что рыночные перспективы у отечественных решений есть, чему способствует становящаяся все более благоприятной регуляторная среда.
Однако производители и разработчики продолжают сталкиваться с регуляторными барьерами. Например, одно из петербургских промпредприятии адаптировало производство под выпуск заготовок из сверхвысокомолекулярного полиэтилена (СВМПЭ) для эндопротезов, спроектировало специализированное оборудование и учло все технические параметры — но устойчивого спроса со стороны медучреждений не получило. «Сейчас мы вынуждены переориентировать разработку на чисто техническое применение, хотя изначально она создавалась под медицинский сегмент», — рассказала генеральный директор ООО «Завод по переработке пластмасс имени «Комсомольской правды» Светлана Козлова.
Для перехода к массовому применению отечественных инноваций в здравоохранении требуется донастройка нормативной базы, снижение административной нагрузки и выстраивание устойчивой кооперации между производителями, регуляторами и лечебными учреждениями, перечислила Светлана Козлова.
Дмитрий Ткаченко в качестве значимого препятствия выделил отсутствие предсказуемого спроса для российской продукции с подтвержденным происхождением: предприятия, которые доказали локализацию «до последнего винтика», не получают системной защиты при государственных закупках. «Проекты по локализации медоборудования капиталоемки: расходы на НИОКР в мировой практике могут достигать 80% выручки. Без стабильного спроса окупить такие вложения невозможно», — убежден Дмитрий Ткаченко.
Пока же «даже при наличии технологической готовности и заинтересованности бизнеса системные барьеры существенно ограничивают возможности масштабирования и внедрения разработок», — подчеркнула Светлана Козлова.
Внедрение инновационных технологий в систему финансового обеспечения медицинской помощи сталкивается с жесткими рамками действующих страховых механизмов, добавил генеральный директор ООО «Совет по страхованию» (СОПОС) Юрий Волков. Ключевым барьером он считает определение «страхового случая»: так как им признается только заболевание или обострение хронического состояния, то профилактические и предиктивные технологии фактически лишаются финансирования. Кроме того, перечни покрываемых страховкой услуг не актуализировались десятилетиями и включают устаревшие методики, тогда как современные цифровые и персонализированные решения остаются за пределами программ. «Масштабирование инноваций требует синхронизации интересов всех участников: клиник, страховщиков и работодателей», — отметил Юрий Волков.
Перспективы технологического прорыва
В ближайшие пять лет темп технологического прогресса в здравоохранении Санкт‑Петербурга вряд ли резко ускорится по сравнению с предыдущими периодами, полагают участники дискуссии. «Технологии внедряются «сверху», без учета клинического запроса. Для ускорения прогресса необходимо формировать решения на основе потребностей практикующих врачей», — подчеркнула Марина Гончарова.
Серьезным барьером на пути более активной цифровизации остается разрозненность и плохое качество данных, а существующие медицинские информационные системы зачастую закрыты для обмена данными — интеграция возможна лишь через косвенные механизмы, что снижает полноту и актуальность сведений. «Без единой информационной среды эффективность любых технологий будет фрагментарной», — уверена Евгения Рубежова. «В последние годы государство и город вложили значительные средства в здравоохранение, в том числе в онкологию. Были закрыты потребности в диагностическом оборудовании, лекарственном обеспечении и подготовке кадров. Это повысило интерес врачебного сообщества к новым технологиям и их активному применению в практике. Разумеется, вместе с этим растут и затраты, и к этому нужно быть готовыми. Насколько новая технология превосходит существующие методы? Какой бюджет потребуется на эту технологию в ближайшие пять лет? Это только имиджевая составляющая или действительно эффективный инструмент, который повышает качество лечения и качество жизни пациентов?», — рассуждает Евгения Рубежова. Поэтому внедрение любых инновационных технологий в систему здравоохранения — ответственный шаг, и определяющими критериями должны оставаться эффективность и целесообразность, уверена эксперт.
Вторым важным шагом является создание кластера разработчиков и клиник, в котором запросы медиков стали бы отправной точкой для проектирования медоборудования и ПО. «Кластер — это не цель, а инструмент для синхронизации запросов реальной практики и возможностей разработчиков», — пояснил Дмитрий Шевченко. Такой подход позволит превратить разрозненные пилотные проекты в единую масштабируемую систему, где технологии действительно закрывают реальные потребности врачей и пациентов, уверен эксперт.
Повышение квалификации врачей и медперсонала — еще одно обязательное условие будущего технологического прорыва: в условиях ограниченного доступа к передовому оборудованию именно компетенции специалистов становятся драйвером эффективного применения инновационных решений, заключили участники круглого стола.
