Андрей Соколов: Чем технопарк похож на собес, и почему это хорошо
Материалы выпуска
Питомник для единорогов Инновации Акселератор для стартапа Решения Коронавирус заставил стартапы переформатироваться под новую реальность Экспертиза Высокотехнологичный симбиоз Инновации Андрей Соколов: Чем технопарк похож на собес, и почему это хорошо Экспертиза
Экспертиза Санкт-Петербург и область
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

Андрей Соколов: Чем технопарк похож на собес, и почему это хорошо

Генеральный директор АО «Технопарк Санкт-Петербурга» Андрей Соколов – о том, как технопарки вносят вклад в региональную экономику, что мешает им развиваться и зачем городу нужна корпорация развития.

В Минэкономразвития называют технопарки одним из наиболее действенных инструментов формирования благоприятной среды для развития высокотехнологичного бизнеса в регионах. Петербург имеет все шансы быть одним из лидеров в этом сегменте: здесь расположено большое число вузов, готовящих кадры для высокотехнологичного бизнеса, активные фармацевтический, автомобильный и ИТ-кластеры. Однако лишь один из петербургских технопарков по итогам 2019 года вошел в топ-30 Национального рейтинга технопарков России по уровню эффективности функционирования. О том, почему так происходит и что нужно, чтобы ситуация изменилась к лучшему, РБК Петербург рассказал генеральный директор АО «Технопарк Санкт-Петербурга» Андрей Соколов.

ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ СОБЕС

— Почему, на ваш взгляд, Петербург не является сегодня одним из лидеров в сегменте технопарков?

— Очень часто эффективность технопарка определяется тем, как управляющая компания использует основной актив. В большинстве российских регионов таким активом по-прежнему остаются территория и инфраструктура промзон устаревающих предприятий. Петербург в этом отношении отличается от других регионов. Накопленные и вновь создаваемые здесь научно-технические наработки можно конвертировать в успешные высокотехнологичные компании и предприятия, но для этого требуются компетенции в инновационном бизнесе, доступ к новым технологиям промышленного инжиниринга и профессиональная промышленная политика региона.

Иногда влияние последнего фактора в нашем городе чрезмерно. Как и большинство российских технопарков, мы являемся частью системы поддержки промышленности и инноваций и очень часто зависим от того, как чиновники, и в том числе региональные, исполняют долгосрочные программы и инициативы. В 2019 году Петербург в этом отношении был не самым благополучным регионом. Стремление получить быстрый результат, достичь прибыли или экономии средств любой ценой неприменимы там, где требуется думать о технологиях завтрашнего дня. И кроме нас это почувствовали многие предприятия в нашем городе. Поэтому я и мои коллеги в 2020-м году активно подключились к работе нового промышленного блока в администрации города и рассчитываем наверстать упущенные ранее возможности для развития наших резидентов. Ведь эффективность технопарков не всегда можно измерить какими-то жесткими KPI.

Как-то один из чиновников мне сказал, что с таким подходом технопарк похож на собес. И он прав — это технологический собес. Только льготы и обеспечение здесь получают стартапы и технологические предприниматели, которых я веду по ускоренному пути развития, предоставляя им консалтинговые и инжиниринговые услуги, чтобы они превратились в супергероев городской экономики. Эффективность такого подхода лучше оценивать в налоговых отчислениях наших резидентов, которые превышают средние городские значения в десятки раз, в создаваемых ими рабочих местах, в привлеченных инвестициях.

— Как этот «собес» устроен изнутри?

— Большинство технопарков зарабатывают на аренде и привлекают компании различными льготами. Мы не располагаем таким активом и выстраиваем свою работу так, чтобы можно было максимально поддержать определенное направление высокотехнологичного бизнеса — например, радиоэлектронику, квантовые технологии и т.д., фактически выступая для них отраслевым центром предоставления консалтинговых, инжиниринговых услуг и даже контрактного производства.

Мы выявляем узкие места, которые мешают конкретному бизнесу, компании или кластерному проекту развиваться, помогаем их преодолеть или устранить. Например, если предприятию для развития не хватает определенных комплектующих, которые производятся только за рубежом и поэтому весьма дороги, мы можем наладить выпуск небольшой партии, покрывающей потребности локального бизнеса. Как институт поддержки промышленности и инноваций технопарк не может получить на этом существенной материальной прибыли, но обеспечивает развитие своих резидентов, которые в свою очередь приносят существенную прибыль городу и стране. Это не самый простой путь, но, на мой взгляд, более интересный и перспективный. Поэтому им интересуются и тиражируют в других регионах России.

— Можно ли обеспечить надежную работу такой системы в Санкт-Петербурге?

— Конечно. В идеале нужно трансформировать систему так, чтобы технопарки в принципе не зависели от конкретного человека, нужны правила или методические рекомендации, следуя которым, мы могли бы работать, не оглядываясь на настроения и предпочтения того или иного чиновника. Надо отдать должное: логика поддержки высокотехнологичных бизнесов в стране выстроена и она работоспособна. У нас есть нацпроекты, целевые программы, АСИ, ответственные министерства и т.д. Но по мере приближения к конечному адресату поддержки, т.е. к самому бизнесу, в этой цепочке случаются сбои. К примеру, региональные целевые программы, если следовать логике, должны совпадать с федеральными и распределяться между профильными комитетами администрации Петербурга (в других регионах — между министерствами). Но очень часто эти программы затрагивают функционал сразу нескольких комитетов, каждый пытается взять свою целевую программу и представителей других комитетов к ней не подпускать. Увы, без взаимодействия целевые программы перестают работать. Так что крайне важно, чтобы госструктуры между собой договорились — это очень поможет нашим технопаркам.

«ЗАРАБОТАТЬ СЕЙЧАС ИЛИ СОКРАТИТЬ»

— В продолжение разговора о барьерах в развитии технологических инноваций уточню: они носят лишь административный характер? Например, с какими сложностями можно столкнуться при создании передового инжинирингового центра в Санкт-Петербурге?

— К административным барьерам могут добавиться и финансовые факторы. Ведь создание инжинирингового центра мирового уровня — очень дорогостоящий и сложный с точки зрения организации процесс. Несмотря на спрос на инжиниринговые услуги, считанные единицы компаний в России могут позволить себе такую структуру: большинству приходится забыть о собственных разработках или заказывать их за рубежом. С точки зрения государства, в таких случаях оптимальное решение — создание с привлечением средств федерального или регионального бюджета инжинирингового центра в интересах одной или нескольких смежных отраслей. За два года пройдя путь по созданию в Технопарке регионального центра в области микрореакторного синтеза, мы помогли двум фармкомпаниям запустить строительство новых производств, и регион ощутил отдачу от этого проекта.

В 2017 году мы решили повторить этот опыт и подготовили концепцию создания инжинирингового центра в области квантовых коммуникаций — перспективной «сквозной» технологии, критически важной для многих отраслей и государства. Стоимость этого проекта составила 600 млн рублей. Модель работы инжинирингового центра получила одобрение, но предоставление необходимых средств было растянуто на три года. В первый год запуска центра было получено менее 30% выделенного финансирования. В результате потребовалось серьезно пересмотреть концепцию, порядок закупки и ввода в эксплуатацию оборудования – так, чтобы хоть частично запустить технологические процессы.

— Этот проект стартовал в 2018 году, что изменилось за это время?

— За это время региональный инжиниринговый центр в области квантовых коммуникаций выстроил тестовую площадку сети Safenet, стал полигоном, на котором российские компании протестировали свои системы квантового шифрования (в т.ч. и привлекшие 100 млн рублей инвестиций «Квантовые коммуникации»), организовал включение петербургских разработчиков и предприятий в разработку национальных стандартов по «квантам», и … отказался от всего наработанного к концу 2019 года.

— Почему это произошло?

— Решение о «растянутом» финансировании совпало с вектором «заработать сейчас или сократить», в результате технологическое оборудование центра не завершилось, и момент был упущен. Заказчики не стали ждать, перевели свои разработки и специалистов в другие регионы. Экономика города потеряла часть потенциальных чемпионов в этой отрасли. Парадоксально, что в этой ситуации скупой будет платить дважды: чтобы довести оборудование до заметно поднявшегося технологического уровня потребуется больше средств. И теперь, если финансирование будет возобновлено, нам придется уже догонять. А догонять всегда хуже, чем вести за собой.

Этот пример демонстрирует, какие барьеры приходится преодолевать технологическим инновациям, а еще он показывает, насколько действия практиков при проведении НИОКР и создании высокотехнологических производств зависят от желаний теоретиков. К началу 2020 года в такой же ситуации оказались планы развития еще двух региональных инжиниринговых центров Технопарка.

КОМПЛЕКСНЫЙ ПОДХОД

— Возвращаясь к вопросу эффективности, расскажите, как вы оцениваете ее в «Технопарке Санкт-Петербурга»?

— Фокус деятельности «Технопарка Санкт-Петербурга» наведен на развитие и поддержку инновационных проектов городского малого и среднего бизнеса, а также технологического предпринимательства в целом. В отличие от большинства технопарков, мы не извлекаем прибыли от управления недвижимым имуществом. Учитывая, что Технопарк находится на территории исторического центра города, он не сможет обогнать большие индустриальные парки по ряду параметров. Большинство наших резидентов — высокотехнологичные компании, которым для производства продуктов и услуг с высокой добавленной стоимостью не требуются промышленные зоны.

И все же, если в мире выживает 1 из 10 субъектов малого предпринимательства в области высоких технологий, то у нас 9 или даже 10 из 10. Причина в принципах отбора проектов и их поддержки: мы смотрим на сам продукт, оцениваем инновационность и реализуемость, потенциальный спрос, а не его рыночную состоятельность прямо сейчас. В технопарке не раздают деньги, но нашему портфелю проектов позавидуют инвестфонды. Если есть хороший проект, неважно — от стартапа или от крупного предприятия, мы пройдем с ним за ручку через все этапы и — что важно — по возможности встроим его в производственную цепочку в периметре городской экономики, чтобы привлечь инвестиции и новые технологии в Петербург.

— Можете привести примеры таких проектов?

— К примеру, только в 2019 году Центр кластерного развития, структурное подразделение АО «Технопарк Санкт-Петербурга», помог трем компаниям подготовить заявки на возмещение части затрат на создание научно-технического задела по разработке базовых технологий производства приоритетных электронных компонентов и радиоэлектронной аппаратуры. Суммарная стоимость этих проектов — более миллиарда рублей, а сумма субсидий — более 600 млн рублей. В том же году стартапы Бизнес-инкубатора заключили 17 инвестиционных сделок и привлекли почти 720 млн рублей. Но это проекты будущего, которые прямо сейчас денег не приносят, а следовательно, в стандартные KPI по чистой прибыли не вписываются.

— Может, стоит уповать на местный высокотехнологический бизнес, а не на власти? У нас же технологический город, много промышленных предприятий, сильный ИТ-кластер. Они вам могут помочь?

— В одном вопросе вы перечислили основных участников региональной инновационной экосистемы. Технопарк — ее неотъемлемая часть, коммуникационный хаб, с помощью которого кластеры и предприятия выстраивают отношения с государством. Они помогают нам, а мы помогаем им реализовать новые технологические проекты и инициативы. Ситуация с развитием технопарка затрагивает профессиональное сообщество, оно бурлит, обсуждает ее, выступает с поддержкой и предложениями. Это значит, что модель работы технопарка верна — мы действуем в интересах местного высокотехнологического бизнеса. Да, у него могут быть свои частные центры разработки, которые работают по другим принципам. Если мы говорим о развитии высокотехнологичного бизнеса как направления и перспективных идей, то технопарки должно поддерживать государство — как на федеральном, так и на региональном уровне.

КОРПОРАЦИЯ РАЗВИТИЯ

— Как вы думаете, что в будущем ждет «Технопарк Санкт-Петербурга»?

— Как бы не менялась административная повестка в городе, отрицать потенциал технологических инноваций бессмысленно. Так же, как спорить с тем, что «Технопарк Санкт-Петербурга» стал проверенным механизмом поиска, запуска и развития таких инновационных проектов и производств. А раз так, то технопарку быть. Другой вопрос — в каком виде и формате. Наш генеральный заказчик — город. Если у города будет задача свернуть какие-то направления, мы их свернем. В данный момент у нас оптимально развита инфраструктура в рамках поддержки высокотехнологичного бизнеса, мы работаем над устранением нюансов и пытаемся запустить то, что запланировали. К примеру, в конце года, надеемся, заработает инжиниринговый центр радиоэлектроники. Финансирования нет, но «помогла» пандемия: удалось сократить расходы, и появились деньги, которые мы перераспределили и вложили в настройку технологических цепочек. У нас было время на расчет и подготовку заявок по новым проектам в сфере радиоэлектроники. Надеюсь, что к концу года мы получи по ним готовые заказы от Минпромторга — это будет очень большая поддержка не только для технопарка. Если все получится, у нас в городе начнет «движуха» в радиоэлектронике — мы сумеем задействовать в этих проектах десятки городских производств.

Мы мечтаем, что удастся достроить площадку на пр. Большевиков, которая нужна для масштабирования. Мы сейчас уже занимаем 4,5 тыс. кв. м, но их не хватает. Чтобы построить отвечающую интересам Санкт-Петербурга модель технопарка, надо порядка 200-300 тыс. кв. м.

— Если говорить в целом о будущем технопарков в Петербурге, каковы перспективы?

— Идеальная модель — когда при появлении потребности есть возможность ее решить. Сначала понадобились технопарки, потом индустриальные парки. Сейчас же концепции и технопарка, и индустриального парка уже слишком узкие — нужна корпорация развития, которая может включать в себя то, что нужно, пульсируя под задачи рынка. Она может привлекать существенные инвестиции, обладая собственными ресурсами.

Даже для такого города, как Петербург, нужны не просто 30 технопарков, а корпорация развития, управляющая большой территорией, которую можно перераспределять – это, в том числе, позволит избежать необходимости в региональных деньгах. К слову, в Вологодской области такая «Корпорация развития» создана и весьма эффективно работает — мы оказывали консультативную поддержку при ее запуске.

— Сколько времени нужно, чтоб создать такую корпорацию развития?

— Если создавать ее на основе работающего технопарка, немного. К примеру, если бы нам отдали площадку «Красный треугольник», то через четыре года мы уже смогли бы выйти на поэтапную выплату дивидендов городу. Это помимо налоговых вливаний, вклада в развитие высокотехнологичного бизнеса и социально-экономическое благополучие региона.

Справка

По данным рейтинга Национального рейтинга технопарков России по уровню эффективности функционирования АО «Технопарк Санкт-Петербурга» входит в тройку лучших технопарков по объему оказанных управляющей компанией услуг и в пятерку технопарков с самым большим объемом привлеченных прямых инвестиций на 1 кв. м общей площади.