Экологический баланс
Материалы выпуска
Экологический баланс Решения Устойчивая упаковка Экспертиза
Решения Санкт-Петербург и область
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
Материалы выпуска

Экологический баланс

Как компании решают вопросы ответственного производства, и что мешает развитию переработки в России
Фото: Pixels.com

Полный баланс между количеством выпускаемой упаковки и ее утилизацией, по планам правительства, должен быть достигнут к 2022 году. Реализовать программу расширенной ответственности производителям (РОП) предлагается либо самостоятельно, либо оплачивая экологический сбор. В то же время экологическая проблематика упаковкой не ограничивается. Эксперты, производители и представители власти обсудили лучшие практики эффективного обращения с отходами, которые уже внедряют современные предприятия, а также перспективы и последствия реализации концепции в ходе круглого стола РБК Петербург «Лучшие практики. Чем отвечает промышленность на экологическую повестку».

Миф, а не обязанность

За год до наступления «часа Х» выполнение концепции РОП далеко от намеченной цели. По данным заместителя председателя Комитета по переработке отходов и вторичным ресурсам «Деловой России» Натальи Беляевой, даже отчетность по РОП сейчас сдают лишь 13 тысяч компаний из 5 млн тех, на кого распространяется концепция. «На сегодня концепция — это верхнеуровневый документ, который скорее декларативный, чем обязательный, — говорит эксперт. — Это значит, что из 10 бутылок собрали только 5. А 5 где-то валяются. За них никто не заплатил и об их утилизации никто не побеспокоился».

Наталья Беляева («Деловая Россия») (Фото: пресс-служба)

По мнению Беляевой, отвечать за утилизацию упаковки должен производитель, «который использовал тот или иной материал для упаковки и выпустил этот товар на рынок». В компании «Фацер» полагают, что ответственность следует разделить между производителями продукции и упаковки. «Нам кажется, что ответственность за выбор упаковки должна лежать не только на производителе продукта, который использует упаковку, но и непосредственно на производителе самой упаковки. Тогда производители упаковки будут в большей степени ориентированы на ответственное производство и выпуск легко перерабатываемой продукции, что приведет к снижению негативного влияния упаковки на окружающую среду», — говорит директор по связям с общественностью компании «Фацер» в России Екатерина Кулиненко.

Екатерина Кулиненко (Фацер в России) (Фото: из личного архива)

Но даже при этих условиях достижение 100% норматива утилизации упаковки к 2022 году — это миф, категоричен председатель Комитета по экологической, промышленной и технологической безопасности СПП СПб, председатель Совета Экологического союза Семен Гордышевский. «Для того, чтобы заработала система, за это время должны были быть сделаны документы. Но есть только концепция. А это всего лишь «хотелка» — не программа, к ней еще нужны разные подзаконные акты. А они в лучшем случае будут к концу года», — добавляет Гордышевский.

Семен Гордышевский (Комитет по экологической, промышленной и технологической безопасности СПП СПб, Совет Экологического союза) (Фото: из личного архива)

По своей инициативе

Между тем, как отмечают участники дискуссии, законодательный кнут нужен не всем. По словам директора по корпоративным связям в регионе Запад ГК Danone в России Евгении Фальковой, планы правительства в данной сфере совпадает со стратегией Danone. «Она соответствует нашей корпоративной культуре, принципам работы, тому, к чему мы в итоге стремимся», — утверждает она. Компания с 2016 года начала декларировать идеи и реализовывать принципы эко-производства и управления упаковкой, к 2019-2020 годам доведя до 25% долю переработанного пластика в производстве упаковки для своей продукции. «К 2025 году мы планируем полностью перейти на перерабатываемую упаковку», — добавляет Евгения Фалькова.

Евгения Фалькова (ГК Danone в России) (Фото: пресс-служба)

Помимо упаковки Danone управляет и пищевыми отходами. «Допустим, опытную выработку нашей продукции, которую мы осуществляем перед запуском новинок, мы не отправляем на полигон, а с помощью нашего метанайзера перерабатываем в биотопливо и производим электроэнергию, — рассказала Евгения Фалькова. — И используем эту энергию для освещения наших офисных помещений на заводе в Чехове. Может, это пока и не великая экономия, но главное — мы не вредим природе и реализуем те идеи, о которых заявляем везде, где можем это делать».

Компания инициировала также создание ассоциации «Лига Ноль отходов», в которую вошло большое количество производителей. Также Danone, по словам Фальковой, планирует запускать большой проект «Мы осознанные», который направлен на формирования культуры осознанного потребления.

Вторая жизнь отходов

Примером лучшей практики РОП можно считать и работу завода Rockwool в Выборге, производящего, в том числе, теплоизоляционные материалы, используемые в строительстве. Управляющий заводом Денис Романов утверждает, что в части упаковочных материалов предприятие «ничего не размещает на полигонах», а работает в формате цикличной экономики.

Что касается обращения с отходами основного производства, то это в первую очередь переработка и возврат на стройку остатков каменной ваты. «Мы в 2020 году начали активно работать над проектом по возврату фасадных и кровельных теплоизоляционных плит, образующихся на стройках Петербурга и Ленинградской области. Мы назвали этот проект «Вторая жизнь», — говорит Денис Романов, подчеркивая важность такой работы, поскольку строительные отходы составляют минимум треть общего количества всех отходов, образуемых человеком.

Денис Романов (Rockwool)

Не дожидаясь введения законодательной обязанности проявляет инициативу и ГК «Галактика». «Мы сейчас запустили проект, который называется «МОК» — молочная органическая компания, которая сегодня имеет четкие рамки производства экологически чистого продукта в максимально органической упаковке, — рассказал Игорь Дю, совладелец ГК «Галактика», производящей молочные продукты. — Наша стратегия предусматривает, что к 2035-му году вся упаковка будет иметь органическое происхождение. Поэтому наша компания, работая в формате МОК, будет использовать только картонную упаковку, которая имеет органическое происхождение. Сейчас эту упаковку иногда используют для производства мебели — скамеек, столов и др. А компания Valio, наш партнер, провела интересный эксперимент — у них даже спецодежда, которую они используют на фермах, изготовлена из органических отходов молочных продуктов».

Игорь Дю (ГК «Галактика») (Фото: РБК Петербург)

По словам Екатерины Кулиненко, компания «Фацер» за последние несколько лет кардинально снизила объемы размещаемой на полигонах пищевой продукции. «Мы следим за своими производственными отходами. Все пищевые отходы тщательно сортируются и передаются на производство кормов для рыб, животных и птиц. Мы каждый год увеличиваем процент непищевых производственных отходов, передающихся на переработку. В 2020 году мы в «Фацер» Россия стали перерабатывать на 5% больше производственных отходов по сравнению с 2019 годом», — сообщила она.

Что мешает прогрессу

По словам Евгении Фальковой, достичь нынешних результатов было непросто. «Потому что в стране нет инфраструктуры, нет культуры обращения с отходами, нет распространенной практики, много чего нет, — сетует она. — Однако в рамках большого проекта «Зелены города» в партнерстве с компаниями, правительством города и НКО удалось создать в Липецке действующую модель циклической экономики, когда весь выпущенный ПЭТ собирался, перерабатывался и снова запускался в производство. Выходит, получилось».

Поэтому одно из важных звеньев — создание и развитие инфраструктуры переработки, выгодной для всех участников. По мнению председателя Российского экологического общества Рашида Исмаилова, выгодность рециклинга должна заключаться в том, чтобы конечная продукция была востребована, и тогда вся экономическая цепочка будет работать. «Если на выходе это никому не нужно, никто не будет покупать эту продукцию и процесс активно не пойдет. Тут есть большая проблема, как утверждают переработчики — китайское сырье сбивает цены и отечественным переработчикам отходов трудно продавать свою продукцию», — утверждает он.

Рашид Исмаилов (Российское экологическое общество) (Фото: пресс-служба)

Екатерина Кулиненко считает, что помочь переработчикам должно государство: «Помогло бы предоставление льгот для переработчиков, организация госзакупок товаров из переработанного сырья, стимулирование муниципалами ритейла для сотрудничества с переработчиками, производителями в плане раздельного сбора. Возможно, помогло бы систематизирование пластиков на уровне государства, ограничения на производство упаковки из комбинированного пластика и непонятных составов, потому как одна из главных проблем такого пластика — невозможность физически его отсортировать»

Облегчить проблемы переработчиков и производителей экологичной упаковки готовы экологически ответственные производители товаров. «Нам сейчас экономически не выгоден ПЭТ из переработанного пластика, потому что он стоит дороже, чем из первичного сырья. Но мы все рано это делаем. Потому что так правильно и это совпадает с нашей культурой, а также всем нам необходимо поддерживать отрасль переработчиков», — заявляет Евгения Фалькова. В свою очередь, Игорь Дю, говоря о решении одной из самых сложных проблем — переработке упаковки тетрапак — заявил, что его компания будет выступать драйвером этой задачи: «Мы будем поддерживать компанию Тетрапак и закупать ту упаковку, которая будет органически чистой, с минимальным углеводным следом».

Но имеющиеся проблемы и отсутстствие инфраструктуры побуждают некоторых производителей не заниматься непрофильной деятельностью, а все таки выбирать вариант экосбора. Открытым остается вопрос — кто его должен платить.

За все заплатит потребитель

Игорь Дю «не совсем согласен» с посылом о том, что за загрязнение должен платить производитель. «Все вещи, связанные с экологией — очень дорогие. Но в бизнесе нет столько денег, чтобы мы могли покрыть все это. Производитель вынужден вкладывать затраты в цену продукта. И в конечном итоге за все будет платить покупатель. Мы должны понимать, что это приведет к удорожанию всего товара», — призывает он не поддаваться иллюзиям.

При этом главной задачей Игорь Дю считает смену парадигмы мышления граждан: «Если мы с вами поменяем ментальность нашего покупателя, чтобы он в магазине думал не только как купить подешевле, чтобы насытиться, а как купить полезный продукт, который будет ему полезен для здоровья и будет сохранять нашу планету — это будет главное». Он считает, что экологически ответственное поведение покупателей может сделать рециклинг прибыльным. «Конечно, экологическая нагрузка будет иметь минус в бизнесе, но если мы сможем поменять ментальность покупателей, то человек, покупая в магазине продукт в более дорогой, но экологичной упаковке, будет давать бенефит и самому бизнесу», — утверждает он. Наталья Беляева полагает, что такая практика изменит и ситуацию на рынках: «Выбирая на полке, отказываясь от покупки того, что мы считаем неэкологичным и неполезным, мы тем самым будем голосовать рублем. Когда не будет такого спроса — предложение начнет реагировать. Оно начнет искать другие формы».

В свою очередь Денис Романов, отмечает, что смена поколения и мышления — это длительный целенаправленный структурный процесс. Поэтому 100% утилизации вряд ли удастся достичь в ближайшие годы: «Это не 2-3 года однозначно, времени нужно гораздо больше. Это будет постепенный цикл. Но очень важно сделать первые шаги, остальное придет», — полагает он.

Рашид Исмаилов в свою очередь не согласен с мнением, что покупатели должны больше платить за экологичную продукцию. «Лояльность к бренду — это то, что ведет нас к покупке экологичной продукции. Но эко не должно быть дорого. Мне кажется, что задача в обратном — чтобы экологическое было доступным, недорогим», — считает он. Правда, как этого добиться, он не поясняет.

В итоге пока бизнес вынужден лавировать между экологичностью и лояльностью. «Мы постоянно в поиске баланса — чтобы потребитель был доволен, и чтобы наше производство было максимально экологичным. Любой наш проект проходит экспертизу с точки зрения экологического воздействия. И если эко-фактор играет против него, компания не пойдет по этому пути, даже если проект очень выгоден экономически. Мы придерживаемся этой практики маленьких шагов, потому что раскачивая эко-лодочку, тем самым мы поддерживаем эту повестку и способствуем формированию новой эко-культуры в нашей стране», — заключает Евгения Фалькова.