2025 год был сложным для банковского сектора — жесткие нормативы достаточности капитала и высокая ключевая ставка сдерживали развитие бизнеса и заставляли искать некредитные пути получения дохода. К началу 2026-го ЦБ обозначил курс на снижение ставки, и в марте она опустилась до 15%. Что это значит для банковского сектора, с какими итогами банки завершили 2025 год и какие стратегии закладывают на 2026-й — обсудили эксперты и участники банковского рынка в рамках круглого стола РБК Петербург «Банковский сектор: итоги 2025 года».
Общее замедление
Согласно годовому отчету Банка России, в 2025 году прибыль банковского сектора достигла 3,5 трлн руб. — на 8% ниже, чем в рекордном 2024 году (3,8 трлн руб.), хотя и выше, чем в 2023-м (3,2 трлн руб.). Сокращение было обусловлено растущими отчислениями в резервы (+0,6 трлн руб., +34%).
Показатели динамики по основным направлениям банковской деятельности показывают общее замедление активности. Так, прирост кредитного портфеля составил +11,8% — это самое низкое значение с 2021 года. Темпы роста розничного портфеля снизились до 3,4% после 12,6% в 2024 году. Прирост рублевых депозитов составил 16,2% против 31% в 2024 году.
Низкую активность банки связывают не только с жесткой денежно-кредитной политикой ЦБ – год начался с ключевой ставкой 21% — но и с ужесточившимися нормативами достаточности капитала. Это, в частности, привело к тому, что возможности системообразующих банков в части кредитования корпоративных клиентов сократились. Кроме того, сказывается общее замедление экономики и, соответственно, бизнесов компаний — клиентов банков.
«Россия в 2025 году жила в условиях повышающейся ставки, санкций и цифровизации. Самым сдерживающим фактором кредитования было то, что бизнес жил в условиях турбулентности, ставка росла, поэтому не думаю, что кто-то из коллег выполнил план по кредитованию. В нашем случае мы недовыполнили план по кредитованию на 12% из заложенных в 2025 году», — дополнила директор Петербургского регионального центра «СДМ-Банк» (ПАО) Светлана Саюнова.
В то же время, были и поддерживающие факторы. «В связи с тем, что продолжает расти недоверие к иностранным банкам, многие возвращают деньги из-за границы в Россию», — отметил председатель Совета Директоров АО Банка «ПСКБ» Владимир Прибыткин. Эти средства, по словам эксперта, размещаются на депозитах в российских банках.
«Банковский сектор неплохо закрыл 2025 год, несмотря на жесткое регулирование и высокую ключевую ставку — банки в разной степени адаптировались к регуляторным изменениям, большинство игроков смогли удержать баланс между рентабельностью и рисками. Прошлый год стал годом жесткой селекции — рынок быстро отсекал неэффективные модели, и устойчивость банков все больше определялась не масштабами, а качеством портфеля и точностью работы с клиентским спросом», — резюмировал руководитель макрорегиона «Запад» Банка «Уралсиб» Ренат Сейфетдинов.
Теплый климат Петербурга
В корпоративном сегментене только сократился прирост кредитного портфеля, но и изменилась его структура — редкие компании решаются брать кредиты на инвестиционные цели. «Процентные ставки по депозитам иногда больше, чем могут заработать предприниматели, поэтому кредитование преимущественно короткое, для закрытия каких-то небольших кассовых разрывов», — отметил Владимир Прибыткин.
Исключение — компании, которые имеют возможность получить господдержку. И в этом отношении Петербург находится в выигрышной ситуации. В частности, Фонд развития промышленности Санкт-Петербурга в 2025 году выделил рекордную сумму на поддержку предприятий производственного сектора — 2,7 млрд руб.
«В Санкт-Петербурге инвестиционный климат все-таки остается достаточно теплым. Поддержку получили 19 производственных предприятий города, в том числе четыре — при содействии банка ПСБ», — рассказал заместитель управляющего Санкт-Петербургским филиалом ПСБ Аркадий Рулев. По его словам, работают и федеральные меры государственной поддержки: «Например, с ее помощью в 2026 году в Петербурге мы заключили соглашение о строительстве крупного современного технологического предприятия по электронным компонентам».
Есть и единичные кейсы, не связанные с господдержкой. Светлана Саюнова привела пример сети медицинских клиник, которая обратилась за финансированием для открытия нового филиала. Но в целом доля инвестиционного кредитования в общем портфеле банков существенно снизилась – так, у СДМ-Банка, по словам Светланы Саюновой, она составила 10%.
Новая конкурентная среда
Еще одно структурное изменение касается перетока клиентов между банками. Крупные банки в связи с ужесточением нормативов в отношении системно-значимых организаций вынуждены снижать кредитные аппетиты, и небольшие нишевые банки получили дополнительные возможности. «Крупные игроки отпустили часть клиентов, и работу с ними мы во многом взяли на себя», — поделилась вице-президент «Абсолют Банка» Мария Дробова (Батталова). «Корпоративный бизнес в Санкт-Петербургском филиале «Абсолют Банка» по итогам прошлого года нарастил свой объем на 30%. Корпоративные клиенты все чаще выбирают сейчас индивидуальный подход и нишевые банки, которые доказали свою надежность и устойчивость», — добавила она.
«Наше основное преимущество, с которым не могут конкурировать крупные банки — это скорость принятия решения», — дополнила, в свою очередь, член правления, глава Блока корпоративного бизнеса ТКБ Банка Татьяна Сатина.
К преимуществам нишевых банков также можно отнести локальную экспертизу. «Клиентам иногда требуется профессиональная консультация, как вести тот или иной бизнес в сложной международной экономической обстановке. К нам обращаются, потому что мы местный банк, накопили большой опыт работы в регионе, у нас все руководство доступно для общения. По сути, мы скорее финансовый консультант с элементами банковских услуг», — рассказал Владимир Прибыткин.
Крупные банки сохранили за собой преимущество работы с инструментами господдержки, в том числе для малого и среднего бизнеса. Если в программе «1764», которая реализовывалась в 2019-2024 годах, участвовал 91 банк, то в 2025 году право на участие в новой льготной программе инвестиционного кредитования малого и среднего предпринимательства получили всего 17 банков, включая ПСБ. «Программа рассчитана на срок до пяти лет, суммы приличные — микропредприятия до 200 млн руб., малые — до 500 млн руб., средние — до 2 млрд руб.», — подчеркнул Аркадий Рулев.
«Формируется новая конкурентная среда, — констатировала Татьяна Сатина. — Для нишевых банков появилась возможность «быстрее бегать», чтобы заработать и получить новых клиентов».
Некредитный фокус
Общее замедление кредитования привело к смещению фокуса банковского бизнеса в сторону некредитных доходов. По данным ЦБ, на вкладах физических лиц сейчас аккумулировано более 60 трлн руб. «Весь 2025 год прошел под эгидой банковских вкладов», — подчеркнул Аркадий Рулев. Сейчас, по его словам, на фоне снижения депозитных ставок ситуация меняется в пользу диверсификации и перераспределения средств в пользу иных инструментов. Но в первую очередь, все же, это инструменты с фиксированной доходностью — облигации и накопительное страхование жизни.
«В начале прошлого года спросом пользовались депозиты на 12 месяцев по фиксированным ставкам, в конце — депозиты с плавающими ставками и короткие депозиты. Сейчас, когда ставка по классическим депозитам снижается, клиенты выбирают более гибкие инструменты сбережения, как это и было в период до резкого повышения ключевой ставки», — обозначил общий тренд Ренат Сейфетдинов.
«Весь 2025 год мы наблюдали растущий интерес вкладчиков к золоту, — добавила Светлана Саюнова. — И в 2026 году мы видим реальный поток физических лиц, которые системно покупают драгоценные металлы».
В свою очередь, Мария Дробова отметила разницу в поведении клиентов-физлиц из розничного и премиального сегментов. «Если говорить про прайм-сегмент, то такие клиенты стабильно размещают порядка 30% портфеля в ценные бумаги. Золото пользуется повышенным спросом, по нашим наблюдениям, в основном у клиентов розничного сегмента», — уточнила она.
В розничном кредитовании Ренат Сейфетдинов отметил драматическое падение в сегменте кредитов наличными, что обусловлено регуляторными изменениями: «Меры ЦБ, предусматривающие ограничения на выдачу розничных кредитов с определенными характеристиками, наиболее негативно сказались именно на данном продукте. При этом объем заявок на кредиты не падал. Если бы не ограничения ЦБ по макропруденциальным лимитам и расчету показателя долговой нагрузки, то объем выдач, с высокой долей вероятности, не упал бы вовсе либо сократился незначительно».
2026 год: риски и возможности
Текущий 2026 год будет не легче 2026, полагают участники дискуссии. Директор по стратегии ИК «Финам» Ярослав Кабаков отметил растущие риски дефолтов по кредитам прошлых лет: «Опасна не сама высокая ключевая ставка, а ее отложенные эффекты для бизнеса. В логике Мински компании в условиях дорогого фондирования начинают занимать средства для обслуживания старых обязательств, наращивая долговую нагрузку и формируя долговую пирамиду. По данным АКРА, в 2025 году зафиксировано более 20 дефолтов по облигациям, и в 2026 году их число, вероятно, продолжит расти».
На этом фоне, по мнению Ярослава Кабакова, крупные банки, интегрированные в госсектор, обладают достаточным запасом прочности, чтобы пройти текущий цикл ужесточения без существенных потерь. Однако для банков второго и третьего эшелона ситуация существенно жестче: они быстрее почувствуют последствия как прошлогодней жесткой денежно-кредитной политики, так и усиливающегося фискального давления.
С другой стороны, как заметила Мария Дробова, рынок уже отсеял нестабильных игроков, и остались лишь те участники, которые «стабильно, из года в год делают свое дело». Кроме того, банки ужесточили оценку рисков и подход к залогам. «Для нас вексель — ликвидный залог, который мы можем быстро реализовать — это основной фактор, которые мы учитываем при выборе того или иного клиента. И конечно мы изучаем контракт, по которому работает клиент. Бенефициар, заказчик по контракту — это тоже важный показатель», — подчеркнула Мария Дробова.
Кроме того, по словам участников дискуссии, в текущей ситуации наиболее устойчивыми окажутся банки, которые нашли собственную нишу помимо классической дуали кредиты/депозиты. «В структуре нашей группы есть банк, специализирующийся на внешнеэкономической деятельности. Практика последних лет показывает, что в условиях повышенной волатильности именно транзакционные бизнесы демонстрируют устойчивость и рост доходов за счет увеличения оборотов и комиссионной базы», — отметил Ярослав Кабаков.
«2026 год будет сложнее 2025-го, потому что он будет сложнее для бизнеса наших клиентов», — говорит, в свою очередь, Светлана Саюнова. Но при этом те банки, которые вовремя диверсифицировали свой бизнес в сторону комиссионных доходов, а не только процентных, успешно пройдут этот год, заключила эксперт.