«Минимальное уменьшение объема продаж мы видим именно в России»
Материалы выпуска
«Минимальное уменьшение объема продаж мы видим именно в России» Экспертиза Побег от режима Рынок Вирус перемен: Петербург привлекает региональных покупателей жилья Рынок Апартаменты на вырост Рынок
Экспертиза Санкт-Петербург и область
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

«Минимальное уменьшение объема продаж мы видим именно в России»

Руководитель «ЮИТ Санкт-Петербург» — о скорости реакции на кризис, изменениях в предпочтениях покупателей жилья и возможных сценариях развития ситуации.

О том, как статус международного строительного концерна помог ЮИТ быстрее среагировать на кризис, вызванный пандемией COVID-19, о посткоронавирусной реальности, а также планах развития в России в интервью РБК+ рассказал генеральный директор компании «ЮИТ Санкт-Петербург», руководитель сегмента «Жилищное строительство, Россия» концерна ЮИТ Теему Хелпполайнен.

— Как развивалась ситуация с «коронакризисом» для вас лично как руководителя ЮИТ в России? Когда стало понятно, что она более чем серьезна?

— Мы как концерн ЮИТ начали готовить определенные планы уже в конце февраля. Тогда серьезность ситуации с пандемией еще не была до конца понятна, и лично для меня оказался очень важным сигнал, который подал один из коллег по концерну. Он, как и многие, поначалу считал, что все это не очень серьезно, что речь идет об обычном гриппе. Но у него также есть второе жилье в Италии — в Ломбардии, и вот в начале марта он поехал туда и позвонил, чтобы описать ситуацию, а она уже была драматической. Коллега заметил, что полностью изменил свой взгляд на пандемию. Именно тогда я понял, что надо готовиться к чему-то серьезному.

ЮИТ не работает в Италии, и первыми странами, которые начали принимать меры по борьбе с COVID-19 на правительственном уровне, для нас были Чехия и Словакия. До Финляндии вирус добрался примерно через четыре недели. Мы уже хорошо понимали, что это произойдет, а также понимали, что скоро такая же ситуация будет и в России. Обсуждали разные сценарии, прикидывали, сколько строек придется остановить — половину или же больше. Сейчас видим, что в России, Финляндии, а также в других странах — Чехии, Словакии, Польше и так далее — стройки ЮИТ не останавливались, а это самое важное для нашего бизнеса. Перерыв был только в Московской области, где губернатор Воробьев запретил продолжать строительство; возобновить работу удалось только с 18 мая. Подводя промежуточный итог, можно сказать, что мы были готовы и к более серьезным сценариям. Впрочем, никто не знает, будет ли вторая волна коронавируса, так что утверждать, что все в порядке, пока нельзя.

— Какие меры принял ЮИТ для адаптации к новым реалиям?

— Самое важное для нас, как я уже сказал, — это стройка. Мы сразу же разделили коллег, которые работают на каждом объекте, как минимум на две группы, они не должны были пересекаться.

Известно, что на некоторых стройплощадках наших конкурентов в районе Хельсинки было большое число заболевших коронавирусом, и они были вынуждены остановить работы. Нам удалось этого избежать. В этом смысле очень важно, что мы поняли всю серьезность ситуации очень рано и не стали дожидаться рекомендаций властей. Уже в середине марта мы предписали офисному персоналу оставаться дома, присутствовать на рабочем месте разрешалось только тем, кто иначе не сможет выполнить свою работу (например, части сотрудников бухгалтерии), но при соблюдении очень жестких правил социальной дистанции.

— Как быстро и насколько беспроблемно произошел переход на удаленную работу?

— Серьезных проблем не было. Я объясняю это тем, что уже несколько лет назад нам удалось перестроить основные функции — финансы, продажи, маркетинг, управление и проектирование. Теперь руководители и их непосредственные подчиненные не так уж часто сидят рядом друг с другом в одном офисе. Например, директор по продажам в России находится в Москве, но его прямые подчиненные — региональные директора по продажам — работают на местах. У меня лично 11 прямых подчиненных, из них только трое работают со мной в петербургском офисе, остальные 8 — в регионах. Люди уже привыкли работать дистанционно, хотя до последнего времени это происходило, скажем так, из офиса.

Думаю, что если бы коронавирус появился 7-8 лет назад, нам было бы гораздо сложнее перестроиться. Потому что тогда мы еще не гармонизировали свои информационные системы, в России это случилось только 4-5 лет назад. В результате сотрудникам было очень легко начать работать из дома: они просто взяли с собой свои компьютеры, а наша служба IT готова помогать в режиме онлайн. Я слышал, что в России были компании, которые издавали приказ о работе из дома, но на завтра половина сотрудников вынужденно возвращалась в офис, потому что их ноутбуки не могли работать удаленно.

— Как переход на удаленную работу выглядел лично для вас, особенно с учетом того, что вы находитесь в другой стране?

— Я действительно нахожусь в Финляндии и приехал еще в марте. Мне нужно было принимать решение очень быстро, но это никак не было связано с коронавирусом в России. Тогда в Финляндии правительство издало постановление, по которому все люди старше 70 лет должны были оставаться в самоизоляции. У меня появилась проблема: родители очень немолодые, скоро уже 90 лет, и они не могли купить себе продукты, так как не умеют пользоваться интернетом, чтобы делать заказы. Найти людей, готовых им помогать, в маленьком поселке оказалось невозможно, а братьев и сестер у меня нет. И я принял решение уехать в Финляндию, чтобы помогать родителям.

Как я уже сказал, у меня 11 прямых подчиненных, и с их точки зрения я уже давно работаю дистанционно. Так что все прошло достаточно гладко.

— Насколько ритмично продолжается стройка? Придется ли по тем или иным причинам сдвигать сроки сдачи объектов?

— Мы смогли сохранить темпы строительства на всех своих стройках. Во время первой нерабочей недели, когда было непонятно, можно ли продолжать работы, можно ли продолжать производить стройматериалы, были небольшие проблемы с поставщиками и субподрядчиками. Но с начала апреля все наладилось. Что касается четырех наших строек в Московской области, которые стояли 5-6 недель, то на всех этих проектах мы были либо в графике, либо опережали график и сможем ввести дома в эксплуатацию тогда, когда обещали клиентам.

— Какие практики, опробованные во время «коронакризиса», на ваш взгляд, останутся, когда пандемия закончится, а какие — нет?

— Я думаю, что после коронавируса останется как минимум два момента. Во-первых, число сотрудников, которые работают дистанционно, увеличится. Если во время карантина до 100% персонала работает дистанционно, то в будущем удаленно будут работать 20-30% сотрудников, может не каждый день, а, допустим, 2 дня из офиса — 3 дня из дома. Мы понимаем, что в больших мегаполисах типа Петербурга и Москвы люди тратят на дорогу в офис минимум час-полтора и утром и вечером, они могут гораздо эффективнее работать из дома. Это, конечно, значит, что придется по-новому взглянуть на наши офисы, потому что столько помещений уже не будет нужно.

Во-вторых, останутся продажи онлайн. Для меня лично с ними связан один из самых интересных моментов в моей карьере. Президент Путин объявил нерабочие дни в среду, и в четверг утром, когда издали указ Кремля, стало понятно, что нам надо закрывать офисы продаж и начинать заключать сделки онлайн или по телефону. Мы полностью поменяли наши процессы продаж за два дня! Думаю, что после пандемии часть сделок будет по-прежнему совершаться только онлайн, и их доля может доходить до 30%.

Но этот прогноз касается только проектов на стадии строительства, потому что и сейчас покупатель часто видит только каркас здания, но не свою квартиру. Когда речь идет о готовых квартирах, понятно, что клиент хочет увидеть ее вживую. И мы думаем, что продажи готовых квартир онлайн будут редкостью. К ним в первую очередь готовы частные инвесторы, которые покупают недвижимость для извлечения дохода, но сами не собираются в ней жить. Они уже привыкли покупать квартиры без личного осмотра.

— Что вообще сейчас происходит с продажами на рынке строящегося жилья?

— Поскольку ЮИТ публичная компания, я пока не могу комментировать продажи в апреле, мае и июне. Что касается продаж в I квартале 2020 года, то в России было продано 862 квартиры. В I квартале прошлого года мы продали 722 квартиры. То есть прирост в процентах довольно большой, и он мог бы быть еще больше, если бы в конце марта не возникли проблемы с регистрацией, так что значительная часть сделок перешла на апрель.

Я бы сказал так: с точки зрения продаж ситуация пока стабильная. Не секрет, что в марте клиенты были очень активны не только у нас, но и у наших основных конкурентов. Эта активность была связана с курсом рубля. В апреле продажи поддержала инициатива по введению субсидируемой ипотеки под 6,5%, а банки готовы предлагать и более низкие ставки. Это очень правильный шаг. Клиенты реально используют эту возможность.

Очень надеемся, что выгодные условия ипотеки сохранятся и после ноября. Низкий процент мотивирует клиентов, которые не справятся с покупкой без кредита. Что касается клиентов, которые не используют ипотеку, думаю, что в ближайшем будущем они будут более осторожны, чем до кризиса.

— Существует точка зрения, что «коронакризис» и длительная изоляция вызовет пересмотр подхода покупателей к выбору жилья. Какие изменения вы считаете возможными?

— Для нашей отрасли это один из главных вопросов сейчас. Все думают, как покупатели отреагируют на изоляцию, какие ожидания у них будут после кризиса. Я полагаю, что изменения будут, но не глобальные.

Как в России, так и в Финляндии мы видим сейчас, что люди покупают дачи, загородную недвижимость. Хотя еще недавно считалось, во всяком случае в Финляндии, что владеть дачей — это культура старших поколений, молодые люди обходятся без дачи. Цены были очень низкие, а сейчас товара на рынке не хватает. Но это не значит, что люди хотят переехать жить за город. Они хотят купить себе именно второе жилье. Не думаю, что в ближайшей перспективе люди будут больше хотеть жить в маленьких поселках. Урбанизация — это постоянный тренд как минимум последние 500 лет.

Интереснее другой момент. Часть покупателей, которые уже несколько месяцев работают из дома, понимают, что их квартира — не самое удобное место для этих целей. Появится целый пласт клиентов, которые захотят увидеть заранее спланированное помещение для работы. Понятно, что это дополнительная площадь и не все смогут ее себе позволить. Но девелоперам нельзя забывать, что кто-то теперь обязательно будет больше работать дистанционно.

— Как вписывается в возможные изменения предпочтений покупателей стратегия концерна ЮИТ «Больше жизни в устойчивых городах»? Придется ли пересмотреть реализацию этой концепции?

— Вы первый журналист, который задает мне подобный вопрос. Признаюсь, мы и сами думали на эту тему и пришли к выводу, что слово «устойчивость» после кризиса будет играть еще большую роль. Нам надо проектировать города еще и так, чтобы они были безопасны во время пандемии, хотя раньше об этом никто особо не задумывался.

Город должен быть таким, чтобы в нем было уютно жить. В конечном итоге люди хотят, чтобы дом, работа, развлечения, детская, спортивная инфраструктура и другие необходимые услуги были всегда доступны и удобно соединены, в том числе с помощью общественного транспорта.

Повторюсь: мы не думаем, что из-за коронавируса все захотят жить за городом. Потому что только в большом городе можно обеспечить инфраструктуру услуг, которые нужны для современной жизни. Так что наша стратегия актуальна, и слоган, ее отражающий, мы менять не будем.

— Как повлиял «коронакризис» на планы развития ЮИТ в России? Недавно компания приобрела три участка под новое строительство в Петербурге. Что с ними теперь будет?

— В самом деле за последние полгода мы приобрели 6 участков в России: три участка в Петербурге, один участок в Казани, один участок в Екатеринбурге и еще один — в Тюмени. Последний — уже во время коронавируса. Эти покупки показывают, что мы верим в будущее. Надо сказать, что пока минимальное уменьшение объема продаж среди всех стран нашего присутствия мы видим именно в России. Такие данные озвучил президент нашего концерна Кари Каунискангас.

Три из шести новых проектов мы хотим стартовать в этом году сразу после получения разрешения на строительство. Начать работы по трем оставшимся участкам до конца года просто не успеем.

— Опишите, пожалуйста, сценарии развития ситуации, которые вы просчитываете.

— Я думаю, оптимистический сценарий означает, что объем строительства остается на том же уровне, что и в прошлом году. Средний сценарий — объем уменьшается на 15-20%. Пессимистический сценарий означает, что объемы строительства упадут более чем на 50%. Я думаю, что России пессимистический сценарий не грозит, потому что объемы строительства и так уменьшаются последние 5 лет. Не очень сильно, но уменьшаются. Бума не было, поэтому не будет и резкого падения. А что будет, мы сумеем понять не раньше августа.

— Концерну ЮИТ уже больше 100 лет, нынешний кризис для него — далеко не первый. Чему вас научили предыдущие кризисы?

— Для меня лично это уже четвертый кризис. Особенность нашего концерна в том, что мы быстро реагируем уже на первые симптомы. Самое важное — это денежный запас, он обеспечит возможность платить во время кризиса. Нельзя увеличивать затраты, их необходимо жестко контролировать, нельзя делать больших инвестиций и нужно следить за тем, чтобы не увеличивался объем непроданных квартир. Как только появятся первые признаки роста, компании, у которых хорошее финансовое состояние, смогут увеличить свои объемы гораздо быстрее компаний, у которых большая нагрузка от непроданных квартир или кредитные проблемы. В конце концов, кризис — это всегда хорошие возможности.